Книга Завет Влюбленных, страница 135 – Софья Хейдекраут

Иветт не назвала бы себя искусной, не хвасталась опытом, но ей нравилось, как расширялись его зрачки, стоило лишь раздвинуть языком его губы, вторгаясь и оспаривая первенство. Его пальцы сжались в кулаки на подлокотниках, но Иветт лишь сильнее прижалась к нему. Забавно, ведь он избавится от её хватки, как только захочет. Не захочет. Иветт вылизывала его рот, бесстыдно посасывала язык и нижнюю губу, прихватывая её зубами и тихо мурлыкая. Собственные лопатки выгибались, и она прогнулась в спине от острой волны удовольствия, пронзившей её от макушки до пят.

— Ив… — Кьеран отстранился с влажным звуком и посмотрел на свой кафтан, накинутый на её плечи поверх тонкой сорочки. — Помолчи, — Иветт коснулась губами уголка его рта, размышляя о том, как отяжелела её грудь. Не на неё ли затвердевшие соски, просвечивающие сквозь ткань, смотрел Кьеран? — Теперь моя очередь властвовать, — прошептала она ему на ухо, прокладывая дорожку поцелуев по его шее. Кьеран вздрогнул и замер, когда она обхватила кожу губами, втягивая и посасывая, пока та не налилась желанным цветом. Она в который раз восхитилась его чувствительностью. Ей хотелось ощутить себя кошкой, трущейся носом о его шею у самого сгиба, и прихватить зубами выступ ключицы, оставив следы. — Если я отпущу тебя, обещаешь вести себя хорошо? — пробормотала она, коснувшись языком его кожи. Лёгкие наполнились знакомым ароматом сандала и застывшей вишни, пьянящим от возбуждения. — Этого я обещать не могу, — ответил Кьеран, высвободив ногу. Из-под халата выглянули его колени, но Иветт старалась не смотреть, боясь спасовать, хотя внизу живота уже горел пожар.

— Будь послушным предвестником Порядка, — Иветт ощутимо укусила его под подбородком. Кьеран выругался и назвал её несносной девчонкой, пока она, действительно несносная, опускалась на колени, скользя поцелуями и руками по его груди, касаясь, лаская и царапая короткими ногтями. Мало… — За хорошее поведение я кое-что тебе расскажу, — она улыбнулась. Распахнутый ворот халата позволял касаться разгорячённой кожи. Ей нравилось его тело, и она солгала бы, сказав, что не жаждала его прикосновений с момента их последней близости. Узел на поясе развязался легко, и девушка, помедлив, распахнула полы халата, опускаясь на колени. Она не подняла взгляд, не зная, страшилась ли его реакции или собственной. Хотя и знала, что ей было с кем поговорить о том, как доставить удовольствие партнёру.

Иветт коснулась щекой его живота, слегка подула, забавляясь реакцией Кьерана, боявшегося щекотки. — Иветт… — он, казалось, закатил глаза и пытался избежать её прикосновений. Он тяжело дышал, а она с любопытством исследователя провела пальцами, а затем языком по подвздошным костям и проступающим венам. Рот наполнился слюной при осознании того, как легко он поддался её ласкам, ведь она даже не прикоснулась к нему по-настоящему, лишь представляя то, что собиралась сделать. Кьеран всё так же крепко сжимал подлокотники — впору было пожалеть их, — но Иветт знала, как сильно он хотел сделать всё по-своему: прижать её к себе, или уложить на стол, раздвинуть ноги и… Она подавила вздох и гневно посмотрела на него из-под ресниц. Кьеран приподнял брови, но в его взгляде мелькнула голодная истома. Кончик языка коснулся нижней губы, словно пробуя сладость предстоящего, и нить их связи, неподвластная земным силам, зазвенела, словно хрусталь на морозе. — Куда ни глянь — ты везде, — заключила Иветт, стараясь не думать, как выглядит со стороны, страшась увидеть в его глазах глупое отражение себя.