Книга Белое море, страница 91 – Анна Левин

Понимая, что нам пора возвращаться, я все медлил, не в силах так скоро расстаться с Элиф, но впереди у нас было еще немного времени, поэтому пришлось вежливо с ними попрощаться, уводя сестру. Хитрый Леон остался с дамами, почтя своим долгом услужить им, и я едва сдержался, чтобы за шиворот не уволочь его из их ложи. Он насмешливо поднял бровь, и принялся увиваться вокруг моей любимой девушки. Догадался же, поганец, вот теперь и развлекается. Весельчак!

— И как тебе вечер в такой компании? — шепотом спросил у Ярославы, пока мы шли по коридору.

— Потрясающе! Никаких родителей, никакой скукоты! И с сударыней Стрелицкой было весело.

Улыбнулся, вспомнив, как еще недавно она ее ненавидела.

— Ты, наверное, думаешь о том, что недавно я ее не выносила, — сестра проявила чудеса проницательности. — Это все в прошлом. Сейчас я рада, что мой первый балет в этом театре я смотрела в ее компании. Она лучше всех этих глупых дракониц, с которыми приходится дружить на радость отцу.

— Не расстраивайся, может, вы еще увидитесь.

— Ну, ты-то точно увидишься, — шепнула она лукаво.

— Не понимаю, о чем ты, сестрица.

— Да-да, конечно. Ее ручку целовать — пожалуйста, а мою — так сразу нет!

Мы как раз подходили к своей ложе, как служанка открыла дверь, и оттуда вышли родители с одинаково довольными выражениями на лицах.

— Вот вы где! А Леон куда запропастился?

— Оказывает уважение госпоже Дымове.

— Верно, особенно, когда у нее такие сопровождающие! — с пониманием усмехнулся отец, переходя на серьезный тон. — Сегодня у нас ужин с семьей лорда Дартмура. Мы виделись с ним во время антракта, я пригласил его к нам. Поедем все вместе, а пока — пойдем познакомимся в Багряном фойе.

Я был против такой настойчивости, но сестра не выказывала ни капли неудовольствия, поэтому оставалось лишь подчиниться, и размышлять над ее странной покорностью.

В Багряном фойе было мало драконов, и мы сразу увидели Дартмуров. Девон с интересом изучал выставленные экспонаты из личной коллекции крола, в том числе самый ценный предмет — перстень Казимира Завоевателя.

— Кристофер! — воскликнул он, заметив моего отца.

Они пожали руки, и дальше обращались друг к другу по имени, что было явным признаком сближения наших семей.

— Позволь представить моего сына, Эксетера.

Дракон обернулся, почтительно посмотрев на отца, едва заметив мать, а потом — с вызовом вперил в меня взгляд. Мы обменялись рукопожатиями достаточно сухо, словно эта была игра «кто кого», и ему представили сестру. Только тогда его голубые глаза оттаяли, а лицо потеряло хищное выражение. Ярослава покраснела, что приятно удивило отца, и напрягло меня.

Не успели мы обменяться стандартными фразами, положенными при знакомстве, как в фойе торжественно вступила компания с кролом во главе.

— Лорд Дартмур! Господин Беломорский! Какая встреча!

Драконьи семьи вокруг раболепно повалились в поклонах, надеясь, что венценосные особы обратят на них внимание, но Казимиров с компанией смотрели только на нас.

Повторилась многократно совершенное действо: крол с нескрываемым интересом оглядел меня, словно пытаясь понять, стал ли я похож на него больше, или изменился в другую сторону. Его жена обдала меня ненавистью, такой жгучей и неискоренимой, словно я был ее кровным врагом. После меня — прошлась уничижительным взглядом по моей матери, признавая ее самой недостойной персоной на свете. Их сыновья одарили меня разными чувствами, от открытой неприязни до вполне заметной симпатии, дочери — сразу осыпали кокетливыми улыбками.