Книга Учись или умри до конца, страница 153 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

Размышляя, я продолжала водить по одному и тому же месту круговыми движениями щетки, пока не перестала чувствовать сопротивление. Даже сквозь пар мелькнула золотая искорка под неровным слоем ржавого налета. Обрадовавшись успеху, я усилила нажим и скорость, чем скорее ототру этого сонного ящера, тем скорее выберусь на свежий воздух. Во мне с каждым часом становилось все больше уксуса, не хотелось бы скиснуть окончательно.

Я расширила золотистую зону на шкуре ректора, и тут одна чешуйка покосилась, и под ней показалась голая кожа.

— Упс, – я огляделась, убедилась, что никто ничего не заметил, и поправила чешуйку. – Да держись ты, блин…

Но чешуйка держаться не хотела. Более того, чем старательнее я ее вставляла на место, тем сильнее она отслаивалась, пока не осталась у меня в руках.

Кажется, я крепко вляпалась.

— Прошу прощения, – извинилась я и с силой припечатала потерю обратно. На секунду подумалось, что это сработает, но чешуйка медленно заскользила вниз и свалилась мне под ноги.

Дракон недовольно пошевелился.

— Кудряшова! – заорала Мия с другой стороны дракона. – Ты что там делаешь?

Темная проплешина в начисто оттертой позолоте слишком привлекала внимание. Если срочно что-нибудь не придумаю, Мия точно меня сдаст, даже если сам ректор никаких изменений в себе не заметит.

— А ты как думаешь? Чищу!

Насколько все проще, когда рядом Морис и Рэнди, в их компании у меня сразу бы наступило просветление, и даже если бы идея оказалась бредовой, а последствия катастрофическими, мы бы как-нибудь вывернулись. Но сейчас я была одна.

Я сползла на пол и нащупала потерянную чешуйку. Размером она была примерно с общую тетрадь, тонкая, чуть выпуклая в центре, так что не удивительно, что я не смогла прилепить ее обратно.

— Кудряшова? Хватит лодырничать!

И все-то она видит, даром, что глаза всего два, а не восемь.

— А ты работай лучше и не подсматривай за другими, – отозвалась я и зло поскребла щеткой по шкуре. Сначала звук был резкий, как от наждачки, потом рука соскользнула, щетка проехалась по гладкому участку и…

Дракон отчаянно взревел.

Мощное тело содрогнулось, хвост взвился, хлестнул по стене, выбивая каменную крошку. Меня окатило водой и едкой вонючей пеной, а потом снесло с ног воздушной волной. Утробный рев перешел в почти человеческий крик, а потом в писк. Я с закрытыми глазами поползла прочь, скользкий пол сопротивлялся, колени разъезжались, но инстинкт самосохранения был сильнее. Мы с Мией столкнулись в суматохе, она была испугана и дезориентирована не меньше моего.

— Что случилось? – спросила она. Я замотала головой так, что саму себя отхлестала змеями по щекам.

— Не знаю, честное слово!

Мне повезло, что Мии было не до анализа моей интонации, иначе сразу поймала бы на лжи. Мы поползли дальше уже вместе, а вслед нам донесся крик Миллхауса, полный обиды и боли:

— Узнаю, кто это был, сожру-у-у-у!..

И ведь сожрет. Мы кубарем выкатились из парилки и, врезаясь друг в друга и стены, на ощупь добрались до занавески на выходе. Мне все чудилось испепеляющее дыхание на затылке, но даже так я успела схватить брошенную в предбаннике сумку и лоферы. И уже на свежем воздухе обнаружила, что прижимаю к себе ту самую чешуйку, из-за которой чуть не скончалась от ужаса.