Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 84 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Светлые ками… – охнул Куматани. – Если бакэнэко ее услышат, убьют. И это будет на нашей совести.

Хизаши со своей совестью обычно договаривался легко, а тут вообще не переживал, потому что мог заранее ощутить приближение других ёкаев, если они не скрывались. Но едва ли старая бакэнэко теперь станет тратить на это силы. Чиёко меж тем встала на стол и попробовала дотянуться до Хизаши. Ее ладошка зашарила по ткани юкаты, пальчики нырнули за отворот и пощекотали кожу.

— Осторожнее, – дернулся он. Касание постороннего человека было ему неприятно. – Где твоя девичья стыдливость?

— Тц! – дерзко выдала она и наконец ухватила листок за краешек. Пошатнулась на носочках и вцепилась в пояс Хизаши, чтобы не упасть. От рывка он едва не взвыл. Прежде и подумать не мог, что простое висение причинит такую боль! Эти кошки знали толк в пытках.

— Готово! – обрадовала их Чиёко, спрыгнула со стола и поволокла его на прежнее место. Когда с этим было покончено, она устало вздохнула и развернула добычу.

Куматани тихо спросил у Хизаши:

— Учиду нарисовали, а нами расписали ширму. К чему это? Какое-то кошачье колдовство?

— Изображение живого человека при соблюдении определенных условий может похитить его душу, – припомнил Хизаши суеверие. Еще будучи собой, он любил слушать бродячих монахов и сказителей, которые знали сотни историй и песен обо всем на свете. Может, многие его знания были от них? Он не помнил.

— Бакэнэко украли у них души? – не поверил Кента, но ответил ему не Хизаши, а Чиёко.

— Да. А их тела с заходом солнца занимали кошачьи души, не ставшие нэкоматами^[49].

А она неплохо осведомлена, подумал Хизаши, да и не боится, как бы боялась любая другая, когда речь заходит о сверхъестественном.

— Получается, тебя попросил о помощи тот, кто угодил в лапы бакэнэко?

— Можно и так сказать. – Она свернула листок в трубочку и убрала в рукав. – Я найду способ освободить душу вашего друга. Пока не начался званый ужин, и душа, и тело еще нетронуты.

Куматани с тревогой напутствовал:

— Прошу, будь осторожна. Простым людям опасно иметь дело с колдовством. Ты можешь пострадать.

Чиёко обошла Хизаши и встала перед Кентой.

— Я знаю. Спасибо за заботу, Куматани-сама.

После ее ухода Хизаши вновь погрузился в размышления. Бесполезно гадать, кто эта девушка и как собирается разрушать чары бакэнэко. Сейчас важнее другое – есть ли у них шанс освободиться до начала призрачного банкета, а если нет, то как можно потянуть время и не дать сожрать себя раньше, чем придет подмога? Парад ста духов устраивается каждый месяц, но в каждом – в свои дни, нынче это день Собаки. А месяц опадающих листьев еще знаменит Обоном, потому считается особенным для сверхъестественного народа. Угораздило же так влипнуть.

— Скорее, скорее, сестры, – поторопила вдалеке одна девушка остальных, и вместе с цоканьем коготков по полу и шорохом одежд в зал впорхнули четыре младшие кошки, Минори, Миюки, Момоко и Михо. Они все еще сохраняли человеческий облик, но глаза их сверкали как болотные гнилушки в летней ночи.

— Матушка взволнована, – поделилась вполголоса младшая, – говорит, такого званого ужина мы давно не устраивали. Гости будут в восторге.

— Шевели лапами, – прикрикнула на нее старшая. – Иначе ничего не успеем.