Книга Серебряный змей в корнях сосны 4, страница 83 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Я лишь хотел посвятить тебе прекрасные строки, но прими хотя бы то, что получилось.

Хизаши кивнул. Над лодкой стремительно пронесся серокрылый буревестник, извещая о скором завершении морского путешествия. Управляющий Тояма лично вез их, выбрал скромную бухту, скрытую от любопытных глаз, и от души обнял обоих и пожелал удачи. На этом их дороги расходились. Провожая взглядом темный силуэт на водной глади, Хизаши в очередной подивился тому, как странно складывается нынче жизнь, и как много будто бы совершенно случайного, неважного или откровенно, по его мнению, раздражающего теперь обретало свой смысл. То наказание от Ниихары, обернувшееся кораблекрушением, познакомило их с местом, где они смогли прийти в себя, и с людьми, готовыми подставить плечо.

«Ты был прав, Кендзи, – со щемящей, но все же светлой грустью подумал Хизаши. – Это я запретил себе замечать добро, потому что раз не смог пережить зло».

— Куда мы теперь? – спросил он, поворачиваясь к Кенте.

Они снова выглядели так, как раньше. Госпожа Юэ достала из закромов форму Дзисин, Кента завязал волосы белой тканевой лентой, но хвост стал длиннее и сильнее лохматился от соленого воздуха и ветра. А вот Хизаши досталась в довесок соломенная сугэгаса^[32], чтобы убрать под нее узел побелевших волос, уж слишком эта особенность бросалась в глаза. Признаться, Хизаши терпеть не мог прятать себя, ещё на горе Акияма он страдал от необходимости маскироваться под невзрачного путешественника, и со временем легче не стало. Он зло потянул за плетёный край, натягивая шляпу ниже на лицо.

— Туда, – Кента, подумав немного, махнул рукой прочь от побережья.

— Пешком?

— Помнится, ты не очень жаловал лошадей.

— В них есть свои преимущества, – проворчал Хизаши, прикидывая, сколько дней займёт путь. Старик Ниихара отправил их узнать нечто, что поможет им в борьбе с Хироюки, но что именно это за сведения, писать не стал. Точно снова решил погонять их.

Меж тем наступал новый день. Едва они покинули бухту, как море заискрилось под первыми солнечными лучами. Их тепло согревало спину, будто ласковыми руками провожая в дальний путь. Отдых на Камо-дзиме затянулся, но он дал им обоим время привести в порядок не только тела, но мысли. Хизаши всё ещё не принимал себя Ясухиро, всё ещё не готов был смириться с тем, что источник зла – его старший брат, чье имя всплыло из тьмы памяти столетия спустя. Но во тьме ему и самое место. Однако же отрицание ничего не изменит, сопротивление истине не сделает его счастливее, как не спасет Кенту, Мадоку, Сасаки, Учиду – вообще никого, даже его самого. И, несмотря на страх посмотреть себе в глаза и увидеть там незнакомца, Хизаши наконец вернул свою силу – не ту, что дремала, свернувшись змеиными кольцами в клетке смертного тела, а силу духа, силу нести себя вперед назло всему миру. О, Хизаши ведь всегда умел извлекать из ненависти желание действовать.

Пожалуй, это единственное, что он мог разделить с Хироюки.

Эти края были довольно далеки от окрестностей горы Тэнсэй, и сюда судьба их прежде не закидывала. Здесь по южному сильнее ощущалось приближение самого жаркого сезона, так что сугэгаса пришлась неожиданно к месту. В ближайшей же рыбацкой деревушке узнали направление к цели – старым серебряным штольням. Народ тут был благодушно настроен к чужакам, но охотно рассказал и о напастях, распространяющихся от столицы в разные стороны. Якобы император заперся во дворце, самураи охраняют богачей, а оммёдзи до сих пор не нашли способа побороть злокозненного демона. И все же здесь, неподалеку от моря, будто был совсем другой мир, защищённый от темных ветров империи.