Книга Сто жизней Сузуки Хаято 1, страница 49 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Это… – начал бы Хаято, но Ишинори загородил его собой и вежливо поклонился.

— Мы вас поняли. Если так будет угодно господину, мы со всем разберемся в срок. Но… – Он выпрямился, посмотрел на Окамото, и голос его наполнился обманчивой мягкостью. – Вам ведь не о чем переживать. У вас есть талисман, который спас вашу жизнь однажды в чужих землях, возможно, спасет снова, если держать его поблизости. Хорошего дня, Окамото-сама.

Они ушли в тишине, хозяин больше не проронил ни слова, и Хаято чувствовал, что Ишинори доволен произведенным эффектом. Ютака ждал снаружи и, поклонившись, поспешил к своему господину, и дверь заглушила разъяренный рев Окамото. Хаято проводил слугу взглядом и спросил:

— Ну и что за представление ты устроил?

— О, это не представление, – довольно протянул Ишинори. – Это сигнал к его началу. А вот сыграют ли актеры отведенные им роли, мы скоро узнаем.

— Актеры? – не понял Хаято. То, как говорил Ишинори, ему не нравилось. Будто люди вокруг для него все равно что куклы. – Я для тебя тоже один из актеров?

Ишинори неопределенно повел плечом.

— Это зависит не от меня, а от тебя. Но разве не лучше иногда соблюдать сценарий?

— К черту твой сценарий, – бросил Хаято и пошел вперед.

— Но ты его даже не выслушал!

Хаято и не собирался, по крайней мере, не сейчас, когда странная обида волновала кровь. Он едва знал человека по имени Ишинори – и в то же время ощущал, будто просто узнает его заново, и это узнавание приносило лишь разочарование. Что он еще выкинет? Какие планы вынашивает, не посвящая в них единственного своего союзника? Хаято не такой дурак, он может понять, если ему объяснить.

И встал как вкопанный, вспомнив, что и сам утаивает то, что может оказаться важным.

— Мне нужно выбраться из поместья. – Ишинори подошел со спины и заговорил так, словно они и не прерывали беседы. – Но один я беседовать со стражей не хочу. Пойдешь со мной?

Хаято вздохнул.

— Куда я денусь. Думаешь, секрет все-таки в украденной воде из деревни?

— Скажу точно, когда снова получу ее. И до того момента не советую ничего есть и пить в поместье.

В желудке у Хаято как раз заурчало, напоминая, что они пропустили завтрак и, похоже, планируют пропустить еще обед с ужином.

Ишинори озорно улыбнулся и похлопал его по животу.

— У меня есть кое-какие припасы из дома. Я возьму их с собой, поедим по дороге в деревню.

Однако их планам не суждено было сбыться.

На улице было пасмурно, но, слава богам, сухо и безветренно. Воздух пропах влажной после вчерашнего землей, свежей листвой и сладостью цветущих деревьев. И только вооруженные до зубов люди перед ними портили Хаято настроение. Стража на воротах отказалась выпускать их без разрешения капитана Ватанабэ, а тот сослался на приказ хозяина никому не открывать ворота. Смотрел он при этом так, словно подозревал, что за пазухой они собираются как минимум протащить коллекцию фарфоровых кувшинов. Похоже, Окамото не пустыми угрозами разбрасывался… Ну ладно, еще Ишинори с его интригами, но он хотя бы не делал из Хаято заложника. А люди Окамото Такаюки – да.

Пришлось подчиниться и сделать вид, что возвращаются в замок.

— Так значит, он не шутил насчет того, что мы не уйдем отсюда, пока не решим его проблему, – пробормотал Хаято. Они встали за раскидистой сливой, скрывшись в облаке белых лепестков. Один упал Ишинори на макушку и остался там лежать.