Книга Сто жизней Сузуки Хаято 1, страница 71 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— А ты? – сообразил он перевести стрелки. – Как ты с ней разговаривал?

— Я… – вдруг растерялся Ишинори. – Знаю кое-что. Немного. Так вот. Ее звали Лин Юй. Она рассказала, что Окамото приехал в их город налаживать торговые связи. Ее семья не была особо богатой, но ее отец – уважаемый человек. Сама Лин Юй с детства помогала ему лечить людей. Окамото едва не умер в тот год от болезни, унесшей множество жизней, и Лин Юй ухаживала за ним и вытащила с того света. И все бы закончилось хорошо, если бы в бреду Окамото не вздумалось, что он выжил лишь благодаря присутствию девушки рядом. Позже он взял ее с собой на переговоры с торговцами и заключил выгодный для себя договор. Иллюзия в его голове получила еще одно подтверждение. Лин Юй стала его талисманом. Таким образом ее судьба была решена. Отец не пожелал отдавать любимую дочь ни женой, ни тем более наложницей, и Окамото просто-напросто выкрал ее. С тех пор Лин Юй сидела в золотой клетке, гуляла под конвоем, изредка Окамото навещал ее, чтобы «получить благословение».

— Какой же он мерзавец! – вырвалось у Хаято.

— К несчастью Окамото, Лин Юй не была покладистой девицей, и однажды через служанку, приставленную к ней Окамото, начала переписку с Ютакой. Узнав его историю, она поняла, что нашла союзника. Дальше ты слышал.

Лин Юй через свою служанку Канну отдала Ютаке особый яд, хранимый ею для себя, но так вышло, что вместе с ядом от Нагавы он не дал мгновенного результата. Раздосадованный, Ютака по пути из деревни, куда сбегал отдохнуть от хозяина, выбросил яд, и после дождя он впитался в землю и попал в воду, которую пили люди.

— А что случилось с Мацудой? – спросил Хаято.

— Ютака – сообразительный парень. Он следил за нами и смог выкрасть образец воды из деревни, я убедился в этом, найдя следы своего заклинания на нем. Но Ютака повстречал по пути Мацуду, испугался, как бы тот чего не понял, и отравил его. Избавился разом и от доказательств, и от свидетеля.

У Хаято разболелась голова. Он сочувствовал истории Ютаки, но не мог простить за причиненные людям страдания. Может, и хорошо, что он сбежал. Теперь судьба рассудит, будет ли он наказан.

— А почему служанка убила Лин Юй?

Ишинори пожал плечами и отвернулся.

— Не знаю.

— Не знаешь? Даже предложений нету, что эта за супершпионка такая?

Ишинори хранил молчание, глядя на то, как первые солнечные лучи просачиваются сквозь ветки деревьев, и унылый пасмурный пейзаж, который надоел Хаято за дни пребывания здесь, насыщается теплыми красками. Хаято поднялся и проковылял к Ишинори. Листва в саду светилась изнутри, безоблачное небо казалось нарисованным. Спокойно и красиво – будто ничего и не было.

— Но если ты что-то поймешь, ты же мне скажешь? – спросил он. Ишинори кивнул. Хаято знал его вроде бы меньше недели, но все равно не сомневался: он солжет. Он уже лгал.

А ближе к середине дня – и впрямь почти по-летнему солнечного и теплого – они сели в повозку и оставили злополучное поместье Окамото Такаюки позади. Их проводил Нагава Кодай. Ишинори заключил с ним договор, согласно которому они молчат о его попытках убить дядю, а он не станет распространяться о том, что происходило ночью в пагоде на башне. Это еще сильнее разожгло в Хаято пламя сомнений и любопытства, однако ему было слишком плохо, чтобы и дальше думать об этом. Гораздо больше его занимало увиденное перед самым отъездом.