Книга Ловелас. Том 6, страница 25 – Илья Взоров

Аарон собрал всех на короткое общее совещание. Представил меня — без лишней скромности.

— Господа, — сказал он, — это вам всем известный Кристофер Миллер. Мистер Миллер не только издатель «Ловеласа», что напротив, но и совладелец нашей фирмы. Прошу любить и жаловать.

Раздались сдержанные аплодисменты, на меня уважительно поразглядывали. Я сказал пару бодрых слов — про то, что у нас большие планы, что работы хватит на всех, судится будем много и активно,а платить будем щедро тем, кто эту работу делает. И это не только бонусы по итогам года от выигрышных дел, но и младшее партнерство, которое в будущем предполагает небольшую долю в прибыли. Акционерный капитал на это дело зарезервирован, самые успешные станут совладельцами. Народ заметно приободрился.

Потом Аарон отвёл меня в сторону и подвёл к подтянутому мужчине лет сорока. Седые виски, небольшой шрам над бровью.

— А это, Кит, мой новый заместитель. Льюис Голдвин.

— Не родственник Голдвину из кинокомпании? — поинтересовался я

— Нет, нет — усмехнулся Льюис — Просто однофамилец.

— Он возглавит наше новое направление — Аарон увлек нас в переговорку — Табачное дело.

— Очень приятно. — Мы пожали руки. Льюис внимательно на меня посмотрел:

— Знаете, мистер Миллер, я как засел за медицинские документы по этому делу, так на третий день взял и бросил курить. Двадцать лет дымил — и бросил. Почитаешь, что эта дрянь творит с лёгкими, — рука к пачке больше не тянется.

— Лучшая рекомендация для дела, — улыбнулся я. — Как продвигается?

— Основательно готовимся, — он стал серьёзным. — Все займёт месяца три. Собираем доказательную базу, выстраиваем стратегию. Потом запустим рекламу — будем искать истцов, людей с раком лёгких, бывших курильщиков. Месседж простой: в табачном дыме полно канцерогенов — бензол, формальдегид, смолы и прочая отрава. При вдыхании они оседают в дыхательных путях и в лёгких и запускают то самое бесконтрольное деление клеток — опухоль. Табачные компании — убивают американцев и они должны за это заплатить. У нас уже есть полдюжины врачей, готовых выйти и подтвердить это под присягой, в суде. Дело будет громкое.

Я слушал, кивал — и где-то в глубине, в той самой холодной расчётливой комнатке, звякнул колокольчик. Табак — это хорошо. Но я-то знал из своего двадцать первого века, что есть жила ничуть не беднее. И тоже связанная с лёгкими, с раком.

Асбест.

— Слушайте, — сказал я как бы между прочим. — А вы ведь знаете, что асбест сейчас пихают повсюду в строительстве? Жилые дома, офисы, школы — изоляция, плитка, трубы, потолки, всё подряд.

Юристы переглянулись, не понимая, к чему я клоню.

— Знаем, конечно, — осторожно ответил Льис — Дешёвый, огнестойкий, все его используют.

— Так вот. — Я выдержал паузу. — Ходят слухи, что асбестовая пыль действует на лёгкие ровно так же, как табачный дым. А может, и хуже. Микроскопические волокна, человек их вдыхает годами, они оседают там навсегда — и через двадцать-тридцать лет здравствуйте, рак, опухоли, та же самая история. Покопайтесь-ка в этом направлении. Поговорите с врачами, с пульмонологами. Поднимите статистику.

Аарон аж присвистнул, начиная соображать.

— Погоди, Кит. Но если ты прав — это же не четыре табачных концерна. Это тысячи застройщиков. По всей стране. Все, кто хоть что-то строил последние полвека.