Книга Тот, кто хотел меня уничтожить, страница 6 – Юлия Смирнова

— Я их тоже люблю.

Некоторое время ели молча; вдруг Такуди, метнув на меня смеющийся взгляд, предложил:

— Ну так как — сегодня вечером у меня?

— Что «у вас»? — растерялась я, снова переходя на "вы".

— Переспим, — нетерпеливо посмотрел Такуди на часы и встал. — Ты же этого хотела?

— Д-да, — не стала отпираться я, поскольку он застал меня врасплох; но выглядеть храброй и независимой, как я того хотела, не вышло: заикалась от волнения.

— Это интересно. Зайду за тобой в шесть, видел твоё расписание — заканчиваешь сегодня почти одновременно со мной.

— Действительно интересно. Выходит, ты за мной следишь, — перешла я в наступление.

— С чего ты взяла?

— Принесло же тебя сегодня следом за мной в магазинчик! — осмелела я.

— Тебе не приходило в голову, что мы работаем в соседних зданиях, и у нас перерыв в одно и то же время? Не веришь — посмотри моё расписание на сайте кафедры.

Я почувствовала, что заливаюсь краской.

— Вообще-то я не думал, что ты согласишься. Рассчитывал приколоться, — Такуди смерил меня оценивающим взглядом. — Привык, понимаешь ли, что женщины всё-таки в большинстве своём считают, что протафгени э психи.

— Мы не психи, — возмутилась я. — Хватит оскорблять!

— Это было по-гречески, — с оттенком презрения пояснил Такуди. — Протафгени э психи — в смысле, «сначала душа» — а потом уже всё остальное. Сначала влюбись в душу, а потом бери тело. Но для меня это слишком сложно, а сложностей я не люблю. Люблю по-простому. Так что если ты согласна — договорились, да, Этна? Прикольное имя, кстати. Это изобретательный Хрисонопуло придумал тебя назвать в честь сицилийского вулкана? Выдумка в его стиле.

— А вот и не угадал, — рассердилась я. — Мама мне говорила, это ирландское имя. Означает "возвышенная". Она увлекалась в молодости Джеймсом Джойсом и ирландской модернистской прозой.

— Какие образованные у тебя родители. Есть чем гордиться, — всё так же с издёвкой похвалил Такуди, направляясь к выходу из беседки.

Проводив его в крайне шокированном состоянии, я, едва овладев собой, сразу набрала номер Жанны.

— Костелаки… сейчас обедала с Такуди. Зовёт трахаться с ним сегодня вечером.

— И ты пойдёшь?! — вскрикнула приятельница так, что чуть не оглушила меня. — Включи своё видео немедленно — хочу посмотреть тебе в глаза, я тебя просто не узнаю!

— Жанночка… честно... - я включила видеосвязь. — Боюсь, что второго такого шанса не представится… Я просто не могу оторвать глаза от его фото — иногда выставляю на экране ноутбука и вместо того, чтобы работать над проектом диссертации, смотрю на него часами.

— Часами?! — поразилась Жанна. — Бред какой. Ну обычный ведь дядька!

— Меня он просто потряс.

Жанна всплеснула руками:

— Да ты в него по уши! В этого отмороженного!

— А ты нет? Серьёзно — он не кажется тебе потрясающим? Рядом с ним любая женщина будет выглядеть куцей. Особенно такая, как я, — куцая, самая что ни на есть обычная…

Жанна равнодушно повела плечами.

— Не понимаю, Этна. По-моему, с точки зрения внешности ты на порядок интереснее, чем он. Да и он на тебя заглядывается… может, тоже вштырило? И тогда чокнутый грек тебя затрахает — знай наших, лишишься девственности с земляком! — засмеялась она. — А может, наоборот тебя травмирует. Такая надменность — она, как ни погляди, ну не красит мужика. Надо же было тебе втрескаться именно в него... Хотя если тебе удастся приручить этого дикого зверя — наша греческая община тебе вынесет благодарность в письменном виде!