Книга Мама для дочурки бывшего, страница 12 – Рина Фиори

Его прикосновение обжигает. Время останавливается. Я чувствую, будто таю, как лед под жарким солнцем.

Все мои обиды, вся моя злость вдруг куда-то исчезают, оставляя лишь… пустоту и растерянность.

— Что будет дальше? – спрашиваю. Голос едва слышен.

— Я не знаю, Альбина. Но я захотел, чтобы ты знала правду. И я хочу быть рядом с тобой больше всего на свете, – он смотрит мне прямо в глаза. – Но вместе с тем понимаю, что выбор за тобой.

В его взгляде я вижу обреченность и надежду. Слабую, робкую, но все же надежду. И, может быть, именно эта надежда и есть то, что способно объединить две израненных души.

Только главный вопрос: нужно ли мне это на самом деле?

После всего, что было. После того, как моя жизнь сломалась окончательно.

Глава 8

После ночных откровений я приняла предложение Марка остаться.

Просто на ночь. Просто чтобы не тащиться через весь город на такси в такое время.

Утром встаю раньше всех. Марк, как истинный джентльмен, пытался отдать мне свою комнату, но я отказалась, и прилегла на маленьком диванчике, в спальне, поближе к Еве.

На случай, если малышка проснется и опять станет звать… маму.

Тихонько, чтобы не разбудить кроху, выхожу из комнаты.

Кофе. Вот что мне сейчас нужно. Крепкий, обжигающий, чтобы прогнать остатки сна и эту… неловкость, что ли?

Вчера мое решение остаться казалось таким логичным, таким… правильным. Сейчас преследует стойкое чувство, будто я совершила глупость.

Чайник закипает, и я вздрагиваю. Как раз вовремя.

Пью кофе. Нужно что-то приготовить.

Вспоминаю, что раньше Марк обожал мои сырники. Открываю холодильник – полный набор продуктов. Какая удача!

Не уверена, что правильно поступаю, хозяйничая на чужой кухне.

А с другой стороны, через час надо ехать на работу, Еве – в сад. И ее не помешает чем-нибудь покормить.

Пока вожусь с творогом, слышу тихий топот маленьких ножек.

— Альбина! – Ева влетает на кухню. Она как солнышко, даже с утра. – Ты здесь? Ура! – принимается хлопать в ладошки.

— Привет, солнышко, – улыбаюсь. – Решила помочь мне с завтраком?

Она кивает, взбирается на высокий стул и начинает старательно перемешивать сахар и творог в миске.

— Я кушать хочу! И котенка покормить! – заявляет малышка с серьезным видом.

— Счастливчик тоже проснулся?

Ева кивает, спрыгивает со стула и тянет меня за руку к миске, которую Марк вчера привез вместе с остальными безделушками для котенка.

Мы вместе насыпаем корм в миску, ставим ее на пол. Рыжее недоразумение, как по команде, вылезает из-под стола и жадно набрасывается на еду.

— Он такой голодный, бедненький! – Ева гладит котенка по спине.

— Он теперь дома, Евочка. Ему больше не нужно голодать, – успокаиваю девочку.

Мы садимся за стол, и я начинаю готовить ей завтрак.

Приходится переключиться на омлет по просьбе Евы.

Сама она сидит рядом, болтает ножками, рассказывает про сон, про куклу Машу, про то, как она сегодня будет строить замок в садике. Смотрю на нее и думаю, как же сильно я ее люблю. Как люблю всех своих воспитанников, но она… она особенная.

— Папа спит? – Спрашивает Ева, когда доедает половину омлета.

— Спит, солнышко. Он устал вчера, – отвечаю, бросая короткий взгляд в сторону спальни.

— А ты останешься еще? – ее взгляд такой наивный, такой просящий.

От этого взгляда сжимается сердце.