Книга Меч света, страница 69 – ГоЛеон

— Складно поешь, – усмехнулся он. – Только тебе‐то это зачем? Видно же: не местный.

— Ты прав. Местный я только по нужде. Но интерес в деле у меня есть, пусть и не денежный. Назовем это моим испытанием. От того, как я его пройду, зависит моя судьба.

— Понимаешь, местная стража от этих, – кивнул он на уже рассевшихся по углам бандитов, – отличается только властью. Но не думай, что они умнее.

Главарь усмехнулся краешком губ, но глаз не отводил.

— Как собираешься выжить после такой дерзости?

— Это оставь мне. Я хочу, чтобы вы удерживали блокаду четыре часа, не больше. После этого исчезайте. Я сам выйду к ним.

Он на секунду задумался, а потом уверенно заключил:

— Договорились.

Мы пожали друг другу руки. Его ладонь была крепкой, как у каменщика, и горячей, как у кузнеца. Ни капли фальши. Я коротко обрисовал план. Все выглядело просто, но стоит кому‐нибудь из них дать слабину, и лавина ярости всей городской стражи обрушится на нас.

Обсудив нюансы, главарь принялся распределять роли и отдавать приказы. Я не стал вмешиваться – он знал своих людей лучше, чем я, – но все внимательно отмечал: мало ли что пойдет не так.

В назначенное время мы вышли на пустынные улицы. Разделились на две группы. Те, что покрупнее, направились к плотнику за бревнами и досками. Остальные – к кузнецу, за гвоздями и инструментом. Я спрятался в тени, недалеко от казармы, где отдыхала стража.

Сердце било ритм тревоги, но лицо мое было каменным. Смена караула всегда шла по расписанию. Четко. Минута в минуту. Через полчаса, по сигналу, началась операция. Все двери аккуратно подперли бревнами, ставни на окнах захлопнули, после чего в ход пошли доски и гвозди. Все делали одновременно, без лишнего шума, отточенными действиями и слаженно.

Поначалу в казарме не поняли, что происходит. Но стоило последним доскам встать на место, как внутри началась суматоха. Дверь вздрогнула от удара. Потом еще раз. Скрежет замка. Тяжелые шаги. Возня. И вдруг – голос, громкий, хриплый, с замашками того, кто привык приказывать:

— С вами говорит начальник городской стражи! Если это шутка, то пора бы уже заканчивать!

— Вы меня, конечно, простите, – начал я, стараясь говорить спокойно, растягивая каждое слово, – но другого выхода просто нет. Я не могу позволить вам совершить массовое убийство.

— Да кто ты такой?! – взорвался голос за дверью. – И о каких убийствах речь?! Мы городская стража, мы не убиваем людей!

— А как же приказ о зачистке? – спокойно спросил я. – Не он ли требует от вас ликвидировать всех зараженных?

— Они уже мертвы! – В голосе послышалась злость, с трудом сдерживаемая. – Если не можем вылечить, так хоть прекратим их страдания. Можешь называть это… актом милосердия.

— Называйте как хотите. Только дайте мне еще немного времени, и я вылечу их. Всех.

— Мы уже слышали от лекаря. Сказки, надежды… а потом очередной труп. Хватит.

— Я не прошу верить. Просто… подождите. Час, может, два.

Молчание. Потом глухой удар в дверь. Потом еще один.

Удары участились. Казарма снова ожила. Решили не слушать.

Я обернулся, и на душе потеплело: воришки работали четко. Как только доска начинала трещать, подбегали двое и усиливали перекрытие. Кто‐то уже укреплял задние двери.

Все шло как по маслу. Но больше всего обрадовал доктор. Он появился раньше, чем я ожидал, в руке держа мешочек. Значит, лекарство готово. Не теряя ни секунды, я дал сигнал своим, и гильдия рассыпалась по улицам, словно и не было тут никого. Остались только мы: я, гном и доктор.