Книга Девятый легион: туман мертвых богов, страница 122 – Баграт Мгелия

— Нет... — прохрипел Север, кусая губы в кровь. Боль отрезвляла.

Огоньки бездны смотрели не него неотрывно, и ему казалось, что он растворяется в них, теряя волю.

«ДА. ТВОИ ДРУЗЬЯ УМРУТ ПЕРВЫМИ. Я ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ СМОТРЕТЬ».

Тиберия и Кая рвануло вверх. Невидимая ладонь сомкнулась поперек их туловищ, отрывая от осклизлого хряща. Они повисли в воздухе, беспомощно дрыгая ногами, словно на виселице.

Их тела выгнулись — незримый кулак начал сжиматься. Грудные клетки трещали, ребра прогибались внутрь, готовые лопнуть. Воздух из легких вышибло с сиплым свистом, а новый вдох сделать было невозможно. Тиберий хрипел, вслепую царапая руками пустоту на своей груди, пытаясь разжать несуществующие пальцы. Лицо Кая налилось кровью, рот беззвучно разевался. Ацер вжался в пол, скуля и не смея поднять голову.

— Отпусти их! — попытался заорать Север, но из горла вырвался лишь жалкий, сдавленный сип. Легкие не набирали воздух.

«СТАНЬ МНОЮ. — Проговорила бездна. — ВПУСТИ МЕНЯ В СВОЙ РАЗУМ И Я ПОДАРЮ ИМ БЫСТРУЮ СМЕРТЬ».

Север смотрел на корчащегося Тиберия. На Кая, чье лицо уже начало синеть от удушья, превращаясь в маску мертвеца. Его мозг, привыкший решать задачи, лихорадочно искал выход. Он понял расклад.

В секунду. В момент. Фабий не подошел ему, потому что был слишком слаб. Слишком пластичен. Хозяин искал сосуд для физического воплощения. Такое тело, которое сможет выдержать его и подарить абсолютную мощь. Тело Фабия слишком мягкое. Слишком податливое. Он готов был впитать в себя любую гниль, лишь бы добиться своих целей. А Север же… Всю дорогу сопротивлялся. Он боролся с магией внутри себя. Он сжимал её в тиски своей воли. Он — идеальный сосуд.

Оставалось только сопротивляться. Но что Север мог сделать против мощи бога?

Хозяин притянул Севера к себе. Легат мертвого легиона оторвался от земли. Невидимая сила подтащила его вплотную к сияющей бездне. От Бога пахло вечностью и гнилью.

«ВРЕМЯ ПРИШЛО, — прошелестел голос. — «Я СТАНУ ТОБОЙ А ТЫ СТАНЕШЬ МНОЙ, НЕПОСЛУШНЫЙ ЧЕЛОВЕЧЕК».

Из самой тьмы, потянулись сотни тонких, черных нитей. Они напоминали грибницу. Они тянулись к Северу, ища вход. Север почувствовал, как они касаются его доспехов, просачиваются сквозь металл, касаются кожи. Это было холодно. Абсолютный ноль.

Хозяин Серых Дорог стремился к центру. Туда, где у человека находится душа, чтобы вышвырнуть её и занять трон. Он врывался в самую суть Севера, ожидая найти там покорность или страх.

И замер.

Там, внутри, плескалась темнота. Но она не была сплошной. Где-то в ее глубине зашевелилось нечто, что пахло серой, раскаленным камнем и древним песком Иудеи.

То, что жило в Севере — тот самый «Дар», — проснулось. Оно почувствовало, что в его логово пришло что-то огромное, жирное и полное жизни. Для него этот Бог Леса был не хозяином. Он был добычей.

— ЧТО ЭТО... — мысль Хозяина дрогнула, столкнувшись с раскаленной тишиной внутри человека. — КТО ТЫ…

И тут Хозяину стало страшно. Его суть панически забилась как птица в клетке, он пытался вырваться но Дар был сильнее. Сущность вцепилась мертвой хваткой, оставляя кровавые раны. Хозяин завыл.

Север запрокинул голову, словно в припадке. Его веки распахнулись. Из глазниц лилось белое, безжалостное марево. Свет полуденного солнца. Свет, от которого нет тени. Свет, выжигающий всё живое добела.