Книга Храмы веселья, страница 216 – Кейт Аткинсон

Они также согласились, что театр и мюзик-холл рядом не лежали с хорошим судебным процессом.

* * *

В четверть девятого надзиратель вышел из тюрьмы и прибил к деревянной доске у ворот уведомление. Там говорилось без прикрас, что над Леонардом Персивалем Оуксом был приведен в исполнение смертный приговор за убийство Артура Эдвина Мэддокса. Настроение толпы перешло от праздничного к торжественному. Смерть человека, любого человека, требует остановиться и задуматься на несколько мгновений. Затем радостная толпа снова шумно ожила и быстро разошлась заниматься своими делами.

— Знатное шоу, – сказал мальчишка-газетчик соседу по толпе.

К вечеру о кончине Оукса забыли.

Мальчишку-газетчика звали Норман. В следующей войне он сражался в 4-й бронетанковой бригаде и был убит при вторжении на Сицилию в 1944 году.

Флоренс вернулась как-то днем в субботу, тем же летом, просто взяла и вошла в дом Ингрэмов на Тадкастер-роуд – безо всякой суеты, словно из школы или с велосипедной прогулки с Фредой. Мистер Ингрэм косил газон, а миссис Ингрэм была на кухне, мыла посуду после обеда, и оба не сразу осознали, что рядом посторонний человек. Их дочь.

Ошеломленная миссис Ингрэм схватилась за сердце при виде Флоренс, и мистеру Ингрэму, который сам почти ничего не видел из-за льющихся слез счастья, пришлось довести жену до дивана.

— Флорри, – задыхался он, сжимая руку миссис Ингрэм. – Рути, Флорри вернулась к нам!

Где она была все эти недели? – причитала миссис Ингрэм, но Флоренс сказала только:

— Я умираю с голоду. Есть что-нибудь поесть?

Оправившись от изумления, миссис Ингрэм все время трогала Флоренс, словно та могла оказаться не настоящей плотью и кровью, а призраком, который вызвало к жизни горе матери.

— Это чудо, – говорила она. – Господь ответил на наши молитвы и вернул тебя домой.

Но как она добралась домой? Флоренс, казалось, ничего не помнила о прошедших неделях, а если и помнила, не рассказывала.

Та ли это Флоренс, прежняя ли? Она определенно похудела и немного подросла, но была здорова, и никаких видимых повреждений на ней не наблюдалось. Со временем у миссис Ингрэм развилась вера в то, что новая Флоренс – самозванка, подменыш, занявший место ее настоящей дочери, но мистер Ингрэм постепенно заставил ее образумиться. («Бедняжка Рути!»)

Флоренс так никогда и не открыла отцу и матери, где была, но, в полном соответствии с предсказанием Фреды, выросла, вышла замуж и родила двоих детей (да, с аденоидами и плоскостопием), которых действительно каждый год водила на пантомиму в Йоркский королевский театр, и вполне возможно, во время одной из постановок «Детей в лесу» у нее в памяти что-то дрогнуло при виде поселян, поющих и танцующих вокруг майского шеста, но момент быстро прошел. Флоренс понятия не имела, что случилось с подругой, и вообще, кажется, едва ее помнила.

Как поймет любой, кто знаком с соответствующим историческим периодом, вдохновением для моего романа послужили жизнь и времена Кейт Мейрик, королевы клубного мира Сохо в течение многих лет. Ее самым знаменитым клубом был «43» по адресу: Джеррард-стрит, дом 43, что сейчас в самом сердце Чайнатауна. Ее несколько раз сажали в тюрьму за нарушение законов о лицензировании.