Книга Нефритовая лиса, страница 207 – Крис Велрайт

Не успев еще ничего толком осознать, ее тело качнулось и двинулась вперёд, будто его что-то потянуло — шаг за шагом — по узкой тропе.

Сначала ей показалось, что дорога выложена мелкой плиткой, странно продолговатой, гладкой, будто отшлифованной веками. Но спустя несколько шагов она ощутила, как поверхность под её ногами пошевелилась, ожила, словно устав от её шагов и пытаясь стряхнуть её с себя.

Она замерла на секунду, а затем медленно опустила взгляд. Это была не дорога… Это был огромный, извивающийся хвост. Теплый, гладкий, покрытый крупной, чуть блестящей чешуёй. Существо под ней дышало, и каждый её шаг отзывался дрожью, еле заметной, но отчётливо передающейся в ноги.

Воздух вокруг был тяжёлым и плотным, как перед грозой. А вдалеке послышался глухой звон барабанов, мерный, низкий. Он то нарастал, то замирал, будто кто-то стучал, взывая к ней из самых глубин мира. Ритм был древним, чужим, но удивительно знакомым одновременно.

Ицин заставила себя сосредоточиться на тропе, идти только вперёд. Но что-то по сторонам мешало: ветви гигантских деревьев нависали над головой, или это были тени скал, сдвинутых слишком близко? Все казалось густым, как лес, в котором заблудился свет. А ещё появилось нестерпимое желание оглянуться. Ицин всегда была любопытной, но сейчас это чувство стало мучительным, как жгучая боль под кожей. Оно толкало изнутри, уговаривало, приказывало: смотри… смотри же… ну посмотри!

Она чувствовала это почти телесно, как будто за плечом стояла тень и медленно склонялась к её уху, выдыхая горячим дыханием слова, которых она не слышала, но знала смысл.

Обернись!

Каждый новый шаг давался труднее, а голова едва не поворачивалась сама.

— Вперёд, — прошептала она себе, но собственный голос прозвучал чужим, тихим, будто донёсся издалека.

Что-то в темноте сбоку продолжало двигаться. Там точно кто-то был — дыхание, шорох, слабый свет, как от углей, которые тлеют в ночи. Оно звало её всё настойчивее, и Ицин уже не знала, что сильнее: страх или желание.

Она прикусила губу так, что почувствовала вкус крови, и сделала ещё шаг.

По левую сторону мелькнуло движение. Что-то резкое, быстрое. Такое внезапное, что Ицин остановилась и вздрогнула. Она на мгновение забылась и непроизвольно глянула через плечо.

В тот же миг в лицо ударил резкий ветер, смешанный с солёными брызгами. Он был таким сильным, что перехватило дыхание. Послышался оглушительный шум волн и перед ней вдруг открылось море. Огромное, бушующее, тёмное, как чернила. Его волны с грохотом вздымались и разбивались о невидимый берег. Одна особенно сильная волна взметнулась и окатила её белой пеной, обдав ноги.

В бурлящем потоке она заметила движение: тела, множество тел. Суставчатые, длинные, полные изгибов. Они скользили под поверхностью, ныряли, исчезали и вновь выныривали. Глаза были круглые, пустые. Пасти, обрамлённые шипами. Животы, блестящие в воде, как шлифованный металл.

От них веяло древним, холодным ужасом. Будто Ицин оучтилась в страшной сказке, что ей рассказывала на ночь мать.

Существа не нападали. Они просто смотрели. А потом начали подплывать ближе. Одна за другой, головы, похожие на рыбий череп, взлетали над поверхностью. Они задирали носы, шумно выдыхали, и с хрипом выплёвывали воду, чтобы вновь судорожно втянуть воздух. Затем все одновременно начали оглядываться, водить головами, будто что-то почуяли. Ицин почувствовала, как их внимание медленно направляется к ней.