Книга Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло!, страница 26 – Дарина Ромм

Тоном, не терпящим возражений, приказала:

— Остальные – по своим кельям. Немедленно займитесь уроками. И чтобы до самого ужина я не слышала из вашего корпуса ни звука!

Повернулась и пошла к двери, бросив мне:

— Милославич, за мной!

Сопровождаемая злорадными смешками я поползла за мэтрой. Проходя мимо Женезин, шепнула: «Спасибо», и получила в ответ полный недоумения взгляд. Ясно, «спасибо» – не относится к словарю Аполлинарии.

В лазарете нас встретила уже знакомая заместительница сбежавшего лекаря. Увидев меня, женщина тихонько ойкнула, но под строгим взглядом директрисы замолкла и принялась хлопотать вокруг меня: промыла мне нос и приложила к щеке холодный компресс с пахучей травяной мазью.

Когда с лечением было покончено, директриса, всё это время сидевшая молча, велела целительнице:

— Теперь отведите Милославич в нулевую палату. До завтрашнего вечера ничего, кроме воды, ей не давать.

Целительница вытаращила на директрису глаза и растерянно ответила:

— Но Аполлинария и так очень худая… Она ведь совсем резерва лишится, если не будет есть…

— Молчать и выполнять! — оборвала её мэтра Шнобель. Поднялась со стула, где сидела с прямой, как палка, спиной, и вышла, не попрощавшись.

Когда вдалеке хлопнула входная дверь, целительница тяжело вздохнула:

— Дурная ты, Милославич. Вот зачем уговаривала меня выпустить тебя из лазарета, если тут же в него вернулась?! Да ещё с разбитым носом и наказанием от мэтры директрисы! Надеюсь, дотянешь до завтрашнего вечера без еды: не помрешь и не останешься с минусовым резервом.

— Да я ничего не делала!

— Угу. Другому это расскажи. Ладно, пошли. — Целительница прихватила меня повыше локтя, словно боялась, что сбегу, и вывела из кабинета. Дошла до двери в дальнем конце коридора и распахнула её.

— Заходи.

— Что там? — с тоской спросила я, вглядываясь в полутьму за дверью. Наверняка местный карцер или камера-одиночка для наглых Аполлинарий. Интересно, кровать-то хоть мне положена? Или стоя буду спать, как лошадь?

— Сейчас сама узнаешь. Иди и сиди тихо! — цыкнула на меня целительница и подтолкнула в спину. Пришлось переступить порог, и едва я это сделала, как дверь с грохотом захлопнулась.

Я постояла, давая глазам привыкнуть к скудному освещению и осматриваясь. Помещение было маленьким, ещё меньше кельи в гламурной казарме. Из предметов обстановки здесь были только кровать и ведёрко в углу – очевидно, для справления естественных нужд. Умывальника я не заметила, столов и стульев тоже.

Свет в эту конуру проникал сквозь небольшое окошко, забранное решёткой, и, – вау! – украшенное кокетливой шторкой с рюшами. Да, оборочки – это ценно, такое ощущение уюта с ними появляется, аж рыдать хочется!

Решив, что сон – это лучшее, что имеется в такой ситуации, я упала на кровать. Закрыла глаза и попыталась не обращать внимания на твёрдость комкастого матраса и впивавшиеся в бока пружины. Полежала и поняла, что спать и впрямь лучше стоя. На этом безобразии мне точно не уснуть.

Поэтому я отодвинула занавесочки на окне и взобралась на широкий подоконник. Села возле решётки, подтянула колени к груди, и тут мой живот оглушающе заурчал от голода. Ё-мое, как дожить до завтрашнего вечера?!

На всякий случай я подёргала прутья на окне – вдруг они держатся на соплях, и я смогу сбежать? Но нет, местный сварщик поработал на совесть, решётка даже не шелохнулась. Тогда я закрыла глаза, пытаясь представить себе сочный бургер или хотя бы овсянку с маслицем и сухофруктами. Ничего не представлялось, а живот рычал всё громче и настойчивее. К тому же на меня начала накатывать жуткая слабость, а перед глазами запрыгали серые мушки – предвестники обморока…