Книга Дыхание дракона, страница 137 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Кобу, направлявшийся к выходу из Зала Свитков, повернул назад и посмотрел на юношу с нескрываемым презрением.

— Без Свитка нет Хранителя. – Гнев Кобу пошел на убыль, он казался почти спокойным. – Я вложил в Леопарда много времени и денег, – проговорил он и ударил Джуна в лицо кулаком.

Для своего возраста Кобу был сильным и крепким мужчиной; удар пришелся точно в подбородок, отчего в голове у юноши полыхнуло белым, а затем потемнело, и он безвольно повалился вперед. Но прежде чем потерять сознание, издалека – как из дальнего конца длинного туннеля – Джун услышал слова генерала:

— Оставьте его живым, только посадите под замок – пока я не придумаю подходящей казни. И распространите по городу весть, что Маленький Дракон предал Лонган.

Когда через несколько минут Джун пришел в себя, в комнате уже никого не было. Превозмогая боль, юноша осмотрелся и прислушался. С трудом поднявшись на ноги, он пошатываясь дошел до дверей и потянул их на себя. И тут же понял, что тяжелый стук, который он слышал в беспамятстве, был звуком приколачиваемых с другой стороны досок. Джун бился и кричал до тех пор, пока перед глазами не поплыли яркие искры, но тяжелое дерево не поддалось. Двери в Зал Свитков были надежно закрыты, превратив его в узника в собственном доме. Это помещение с каменными стенами и единственным входом было создано для уединенных занятий; и оно же, по иронии судьбы, легко превращалось в отличную тюрьму.

Джун опустился на пол, прижался спиной к двери и закрыл глаза.

«Кулак Кобу, кажется, выбил тебе челюсть. Ты в полной заднице, братец. – Никогда еще голос Сая не звучал так печально и растерянно. – Надо сдаваться. Что еще можно сделать?»

«Что верно, то верно, – мысленно согласился Джун. – Я не справился с ролью Хранителя. Наивные надежды и бесконечные тренировки – все коту под хвост!»

Тяжелый булькающий стон заставил его открыть глаза. Посреди пепла от сгоревшего свитка, оставляя за собой широкую полосу крови, полз Танг. К величайшему изумлению Джуна, он сумел достичь резного постамента, на котором обычно хранился футляр с пергаментом, уперся в его основание и стал давить, не обращая внимания на боль и обильное кровотечение.

— Помогите мне, – задыхаясь, проговорил управляющий.

— Что вы делаете? – воскликнул Джун, подбежав к раненому и опускаясь рядом с ним на колени. Лицо несчастного было белым как бумага и искажено от боли. Рубашка и штаны были насквозь пропитаны кровью. Джун судорожно сглотнул и стал оглядываться в поисках чего-нибудь, чем можно перевязать рану. Ничего подходящего не нашлось. – Вам нельзя двигаться, – сказал он.

— Помогите… мне… сдвинуть… – с трудом пробормотал Танг. Когда Джун в недоумении уставился на него, управляющий вздохнул и в своей привычной снисходительной манере добавил: – Хранитель Ли, если хотите сбежать, мы должны передвинуть этот подиум. Как видите… я не в силах…

— Есть другой способ выбраться из комнаты?!

Не дожидаясь ответа, Джун обхватил руками толстую опору и начал толкать. Танг помогал ему, скрипя зубами от боли. Сначала поддалась выполненная из слоновой кости столешница – она опрокинулась на пол, и широкая трещина прошла по одной из ее сторон. Ни один из мужчин даже голову не повернул, продолжив раскачивать постамент. Прошло несколько долгих минут, прежде чем он сдвинулся наконец со своего места на ковре. Танг упал навзничь, схватившись руками за живот, а Джун начал быстро скатывать пропитавшийся кровью ковер. Под ним оказался деревянный люк размером с чайный столик, вделанный в каменный пол.