Книга Невероятные создания, страница 48 – Кэтрин Ранделл

Кристофер отправился на поиски Мэл. Она сидела на носу судна, низко пригнувшись, чтобы высокие борта защитили ее от ветра. На коленях у нее лежало какое-то тряпье, но, подойдя ближе, мальчик понял, что это плащ.

— Что делаешь? – спросил он.

— Шью, конечно. Что, не похоже?

Появление дракона выбило Мэл из колеи, и даже сейчас она дрожала от ужаса. Судя по ее выражению лица, указывать на это явно не стоило.

Руки девочки были маленькими, так что ей едва хватало сил, чтобы протолкнуть иглу сквозь толстое сукно. На кончиках ее пальцев пестрели оставленные иглой кровавые точки.

— Даже не знаю, – улыбнулся Кристофер. – Со стороны выглядит так, будто ты хочешь по капле сдать кровь.

— А сам-то ты шить умеешь?

— Не пробовал раньше. По идее это как вонзить во что-то острие, но с большей точностью, да?

— Ну так попробуй – узнаешь. – Мэл протянула ему плащ, вздернув подбородок.

Кристофер вдел нитку в иголку – с трудом из-за качки лодки – и начал зашивать прореху в плаще крупными стежками. Мэл, наклонившись и тяжело дыша, наблюдала за его действиями.

— Сведи края плотнее, – сказала она. – Еще плотнее. Чтобы ветер не просачивался в дырку. – Она озабоченно наморщила лоб. – Даже не знаю, смогу ли еще его использовать.

— Конечно сможешь. Только если не отправишься куда-нибудь, где можно замерзнуть даже в плаще.

— Этот плащ не спасет от холода. Он нужен для полета.

— Полета?! – Кристофера охватило волнение. – Какого еще полета?

— Покажу, когда зашьешь дыру. Человек, который подарил мне плащ, велел не распарывать подол, чтобы он не стал слишком длинным, иначе я взлечу чересчур высоко и умру. Жаль, что он не успел рассказать больше. Не понравился моей бабушке Леонор – может, с лицом у него что-то не то было, или пах не так, или еще что… В общем, она его выгнала.

— Что за человек?

— Вроде как мореплаватель… Это случилось, когда я родилась. Он же стал моим нарекателем. Ну, дал мне имя, понимаешь?

Кристофер покачал головой.

— Как тогда у вас выбирают имена детям? – озадачилась Мэл.

— Родители дают то, что больше нравится. Это может быть семейное имя, которое носил родственник – дедушка или бабушка. Желательно, чтобы оно принадлежало человеку, прожившему достойную жизнь.

Кристофера назвали в честь прадеда из Шотландии – крайне эксцентричного, согласно семейным преданиям, старика, проводившего все свободное время на вершине холма. Прадеда, который, как теперь понял Кристофер, был стражем.

Мэл скептически приподняла бровь – такой способ дать ребенку имя явно пришелся ей не по душе:

— На Архипелаге нарекатель впадает в транс и дает ребенку имя. Это старинный обычай, но постепенно он уходит в прошлое. В наши дни нарекатели чаще всего жулики. Стоит сунуть им немного серебра, и они скажут все, что захочешь. Но мой нарекатель был настоящим провидцем. Бабушка сказала, что сразу это поняла, потому что он выглядел очень бедным.

— Мэл – это полное имя? Или сокращение от… ну, не знаю… Мэллори? Мелинда?

Она рассмеялась:

— А что, есть такое имя – Мэллори? Мэл – сокращение от Малум. Бабушка говорила, что это пророческое имя, которое означает «беда». Я всегда готова угодить в лапы опасности. – Девочка усмехнулась. – Это на латыни. Большинство имен здесь обязательно что-то значат на каком-нибудь древнем языке: на латыни, древненорвежском, древнеарабском, языке кентавров… Древнемантикорском, если родители обратятся к особенно заносчивому нарекателю.