Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 170 – Александр Галиновский

Пока он пробирался по коридорам и лестницам, ведущим в скрипторий, голос молчал. Однако стоило ему покинуть место побоища и выйти во внутренний двор, тот вновь заговорил.

За все годы Дагал так и не дал имя своему собеседнику. Он продолжал называть его просто «голос». В итоге «голос» превращался в Голос: именно так, с большой буквы.

– Что? Да, конечно. Нет, это вряд ли. Хотя, если подумать… Не перебивай. Слушай.

На мгновение Дагал умолк, слегка повернув голову, словно прислушивался к чему-то. Он походил на пса, безуспешно пытающегося уловить одному ему слышный звук. Никто не мог подумать, что еще недавно этот человек точно так же стоял на городской набережной, прислушиваясь к Голосу.

А Голос все говорил, говорил…

В это время солдаты в красных мундирах сбросили в воду попрошайку. Тот должен был вытащить из воды труп, однако что-то пошло не так…

– Да, что-то и впрямь пошло не так.

До этого труп плавал лицом вниз. Но когда барахтающийся бродяга коснулся его, тело неожиданно перевернулось. Поначалу Дагал не понял, почему именно ахнула толпа. Раздались редкие вскрики. Веселые подтрунивания, которыми до этого сопровождалось происходящее, прекратились.

Обернувшись и посмотрев на труп, он не поверил своим глазам. Черты были такими знакомыми… Перед ним в грязной воде канала плавал один из членов городской управы. Человек, которого все хорошо знали по экстравагантным нарядам и огненно-рыжим бакенбардам. Звали этого человека Корбаш Талал. А еще он был одним из приближенных номарха. Фактически правой рукой здесь, в городе.

Сейчас, думая об этом, Дагал старался вспомнить, сам он принял решение стрелять или приказ за него отдал Голос.

— Больше никогда, слышишь. Никогда,– шептал он невидимому собеседнику.

– Что?! Ты меня обвиняешь? Интересно, в чем? Если бы не я, все эти люди…

– Что? Что «люди»? Узнали бы чиновника в лицо?

Такая возможность и в самом деле существовала. И задачей Дагала было не допустить распространения слухов. Некоторое время солдаты пытались отогнать толпу от набережной, затем пришлось стрелять. Сначала вверх и над головами, а затем, когда толпа сошла с ума, то и в самих людей…

Дагал стоял, прикрыв глаза. Руки безвольно висели вдоль тела, плечи были опущены. Однако на ногах он по-прежнему держался твердо и при случае мог действовать так же быстро, как и всегда. Беззвучное шевеление губами было всего лишь отражением внутреннего диалога. Еще в юности он осознал, что может не проговаривать слова, а размышлять про себя.

Занятый собственными мыслями, Дагал не заметил, как темное пятно медленно переместилось от решетки стока к его ноге. Оно растеклось вокруг его обуви, так что со стороны казалось, будто глава тайной службы стоит одной ногой в неглубокой луже. Затем, как и тогда, когда он тянулся к решетке, паразит стал вытягивать свое тело. Все выше и выше, пока не уцепился за край одежды. Дагал по-прежнему был в длинном черном плаще, так что это не составило труда. К тому же темный цвет одежды надежно маскировал Оша. Заметить его было несложно, но для этого требовалось присмотреться. Наверняка стороннему наблюдателю показалось бы, что по одежде главы тайной службы идет рябь, как на поверхности водоема в ветреный день, однако сам обладатель плаща этого не замечал.