Книга Кровь Тала, страница 182 – Софья Шиманская

Милош медленно, со скрежетом сглотнул.

— Я служу хану Пыльного Яра, – сквозь зубы процедил он, глядя в глаза Орхо. – Не проводнику. И уж тем более не Первому.

Орхо смотрел на него молча, а потом двинулся вверх по лестнице.

— Изложи свои аргументы, Милош, – сказал он сухо и обернулся. – Они непокорны? Они могут предать нас? Ослушаться?

Милош не ответил.

Орхо коротко кивнул и вышел наружу.

Рада уже гарцевала верхом на тяжелом, престарелом жеребце. Увидев Орхо, она вытянулась и заулыбалась. Конь под ней по-жеребячьи подкинул круп, звякнув притороченной к седлу поклажей. Проходя мимо Эдеры, Орхо подбородком указал в сторону Терна, который флегматично объедал бересклетовый куст неподалеку. Луций подмигнул Орхо и упругим шагом направился к коню.

Орхо подошел к своей кобыле и проверил седельные ремни. Расправил вальтрап, резко дернул за подпругу. Ежевичка обиженно фыркнула. Орхо погладил ее по боку, извиняясь.

Кожа ремня оплавилась в пальцах.

Одна из причин, почему он не хотел уезжать, не дождавшись Милоша, – он действительно хотел услышать аргументы. Слишком уж сладко звучала задумка Эдеры: тысячи ручных шаманов, безупречно покорных проводникам и сильных до абсурда. Никакой платы – только тени врагов и радость послужить жажде Великих Духов. Так, по крайней мере, говорила Рада. Орхо заключал слишком много сделок, чтобы слепо поверить в такую удачу. Он чувствовал ее на зубах – приторную, как прокипяченный мед.

В таких предложениях всегда должно быть «но».

Он ждал, что Милош укажет на него. Облечет в слова его тревогу. Но все, что получил от него, – уже опостылевшую ненависть ко всему, что жило за тенью.

— Аэд… – начал Милош за его спиной.

— Аргументы, – холодно оборвал его Орхо, – если проблема только в том, что за пятнадцать лет ты так и не смирился с тем, что я – проводник, то не трать мое время. Ты предлагаешь мне отказаться от боевого преимущества накануне войны. У этого должны быть веские причины.

— Так откажись от войны! – рявкнул Милош. – Это не твоя война. Он ее начал. – Он шагнул вперед, вскинув руку, ткнул пальцем в сторону Эдеры. Высокий голос рвался на изломе. – Он забрал твоих людей. Он рушит твою волю. Ты звенишь, Аэд. С каждым днем громче. Ты не доверяешь мне, не слушаешь Айлана – но слушаешь его! Забыл, кто он такой? Хочешь, я тебе напомню, что сде…

Достаточно было легкого движения пальцев, чтобы слово надломилось хрипом.

Орхо неспешно поправил свободной рукой подкладку Ежевички и обернулся на судорожную возню за своей спиной.

Милош скорчился, цепляясь ногтями за горло. Ноги подогнулись, глаза выкатились. Он судорожно глотал воздух, которого не было. Выжигать дыхание без огня – тонкий навык. Орхо несколько мгновений смотрел на то, как лицо сокола наливается багровыми пятнами и наконец опустил руку.

— Что ты хотел мне напомнить?

Милош захлебнулся воздухом и упер руки в колени, зажмурившись. Орхо терпеливо ждал, пока он восстановит дыхание. Отстегнул бурдюк от седла и протянул ему.

Милош жадно напился воды. Выпрямился. Отступил на два шага.

От прежней ярости на его лице не осталось и следа. На нем вообще ничего не осталось: ни осуждения, ни упрека, ни даже привычного напряжения между бровей. Лицо Милоша стало гладким, вытертым, как белая галька. Успокоился.