Книга Кровь Тала, страница 71 – Софья Шиманская

— А это касается меня и этой красавицы, – Луций сдержанно улыбнулся Айлану и перевел взгляд на Милоша, – если вопрос с северянами мы решили, я буду благодарен, если вы оба нас оставите. На этот раз я действительно имею в виду приватность.

Милош вскинул голову и подался вперед. Его лицо ощерилось, как у хорька, которого гонят из норы. Луций мягко улыбнулся. На его лице не читалось ничего, кроме искренней просьбы. Плечи расслабились, поза стала чуть усталой – он казался человеком, который просто хочет поскорее закончить дела. Вовсе не чужаком, который в нарушение всех приличий просит соколов хана уйти из их собственного кабинета.

Айлан остановил возмущение Милоша на вдохе, положив руку ему на плечо.

— То, что ты говорил о Мертвой Земле, – правда? – спросил он, глядя на Луция.

— Да.

— Хорошо. – Айлан хмыкнул, обращаясь к Милошу: – Видишь, теперь действия Аэда и правда похожи на тактику. Идем отсюда.

Талия не сводила взгляда с его широкой спины, пока он не покинул зал вместе с Милошем. Что-то в этом человеке будило в ней животную настороженность. Как непонятный запах или шум без источника. Талия не могла понять, где заканчивается медовое очарование Айлана и начинается он сам.

Дождавшись, когда перегородка захлопнется за соколами с негромким щелчком, Талия машинально расчертила Печать Тайны и повернулась к Луцию.

— Мог сразу сказать, что заметил нас.

— Мог. Но отчего-то люди с большей охотой верят тому, что им, по их мнению, знать не положено. Подслушанный план звучит куда убедительнее, чем тот, который тебе принесли на блюдечке. Мне лень возиться с его подозрениями. – Подняв руку над головой, Луций размял пальцы и наконец поморщился от боли. – Лис переловили, а все, кто в этих пещерах говорит на эдесском, так или иначе должны об этом узнать.

Талия улыбнулась.

— Это надо зашить, – соколица кивнула на руку Луция. – Выглядишь так, словно тебя из бойцовской ямы выволокли.

— Позже, – он отмахнулся и поднялся на ноги, подхватив лежащий рядом круглый сверток. Подкинул его, точно мячик для игры, а потом порывисто опустился на колено и протянул Талии: – Это тебе, Прекрасная!

Она озадаченно приняла сверток. Мяч оказался тяжелым, точно набили сеном и шерстью.

Талии уже доводилось держать в руках подобное. У мяча были мясистые щеки и жесткие маленькие уши. Комната будто посерела и собралась в одну точку, в которой остался только трупный холод в руках. Пальцы хаотично заскользили по ткани, ощупывая черты мертвого лица.

— Кто это?

— Цезий Брасс, – в голосе Луция звенела издевательская помпезность, – понежнее с ним, это подарок. Ты отправишься в Эдес и вручишь его… одному моему доброму другу.

Блики пламени плясали в его голубых глазах, отчего они казались треснувшим льдом. Талия заставила себя сжать пальцы, чтобы не выронить отрезанную голову. Айлан говорил, что проводники безумны. Не контролируют себя, не могут отказаться потворствовать своим желаниям. Это оно? Это жажда проводника?

— Хочешь, чтобы я доставила это Корвинам? За такие послания гонцов убивают на месте, – выдавила она. – Хочешь прикончить меня – сделай это сам.

Склонив голову, Луций с любопытством наблюдал за Талией, а та даже не знала, что он видит на ее лице.

А потом он расхохотался.

— Да не трясись ты, при чем тут Корвины? – почти сочувственно произнес он сквозь смех. – Это правда подарок. Вернее, аванс. Мой наемник запросил такую плату за свои услуги. Терций не причинит тебе вреда, разве что задушит в объятиях от избытка чувств. Он снова будет работать на меня.