Книга Мертвые земли Эдеса, страница 181 – Софья Шиманская

— Может, на них так тухлятина влияет? – предположил Терций. – Нос к носу с ней живут.

— Нет, это явно печать, – Луций забарабанил пальцами по земле, – должно быть, легковесная, иллюзорного типа, что-то из частных манускриптов…

— Опять сложно болтаешь, – Терций закатил глаз и вздохнул, – делать-то что будем? Убьем, чтоб не мучился?

Луций застыл, глядя в одну точку и отрешенно царапая пальцами холодную утоптанную землю. Он перебирал варианты.

— Есть идея, – наконец он вздрогнул и перевел взгляд на гладиатора, – одень его пока.

Терций неприязненно поморщился. От этой ситуации и своей роли в ней он был не в восторге. Луций же встал на колени и, размяв подмерзшие пальцы, принялся медленно, по памяти чертить тонкий орнамент печати. Выходило плохо. Последний раз он использовал эту технику больше года назад – бесполезные красивые иллюзии, которые он создал для умирающей Илмы. Тогда кормилица ругала его за то, что он тратит время на глупости. Но сейчас эти глупости могли пригодиться.

Луций мягким дуновением отправил печать на Ромира. Мерцающий, почти прозрачный орнамент паутиной опустился на его лицо.

– Rigardu miajn sonĝojn.

Сперва лицо Ромира исказилось судорожной гримасой недоумения. А потом он снова обмяк и остался лежать без движения. Луций ждал. Ничего не происходило так долго, что он успел разочароваться в своей идее. Однако Терций, которому ждать надоело, вдруг размахнулся и влепил старику смачную пощечину.

— Какого ляда?! – Старик открыл глаза и, охнув, схватился за затылок. – Суки!

— Сработало! – От избытка чувств Луций впечатал ладонь в бревно и замахал рукой, скривившись от боли и одновременно счастливо улыбаясь. – Я сбил ее! Человек не может фокусироваться на двух наваждениях одновременно и выбирает то, что сильнее. Я плел эту иллюзию для талорки, из ее северных сказок, и она увлекла его больше рабской. Идеально!

— Че? – Ромир с недоверием и презрением посмотрел на Луция и перевел взгляд на Терция.

— Маги вместо кандалов намалевали свои рисуночки, и вы уже месяц тут чалитесь, как бараны без пастуха, – Терций обрисовал ситуацию максимально емко, – где вход в хозяйский дом, дед?

Ромир потер виски и нахмурился.

— Говно какое, тьфу, – прокряхтел он, злобно косясь в сторону холмов, – мало издевались, совсем оскотинить решили. Уроды.

— Возмущаться потом будешь, – поторопил его Терций, – проход к хозяевам, спрашиваю, где?

— В лесу дыра в мертвечине, через нее жрачку и дрова возят. Сбоку от оврага тропа, особо не заплутаешь, – хмуро ответил Ромир, – а вы вообще кто?

— Доброжелатели, – осклабился Терций и рывком поднял Луция на ноги, – бывай, дед.

— Эй, а остальные как?

Терций взглянул на Луция. Тот покачал головой.

— У меня нет времени снимать наваждение с каждого, на это уйдет целый день.

— И что мне делать? – Ромир смотрел на Луция с таким возмущением, словно тот был наемным работником, который собирается уйти, не закончив дело.

— Попробуй побить, – Луций пожал плечами, – может сработать.

— Ага, – кивнул Терций, – вот так.

Он резким движением снова впечатал затылок Ромира в бревно.

На этот раз до треска.

— Зачем?

Луций уставился на Терция в недоумении, но тот лишь снисходительно вздохнул.

— Затем, малец, что уйти он нам не дал бы, – он взял тело Ромира за ноги и взглядом предложил Луцию помочь, – подумай сам, не дурак же. Сейчас он встанет и куда пойдет?