Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 199 – Эмбер Николь

Каден наклонил голову, когда я прошел в ванную.

— Вообще?

Я пожал плечами.

— Зачем? Это же Мера. Единственная, кому было не плевать на нас, когда Унир нас запер. Единственная, кто спас нас и кому было не все равно, в отличие от остального мира. Если бы она попросила мою печень, я бы отдал. Разве ты нет?

Что-то промелькнуло во взгляде Кадена, и он отвернулся. Я схватил его за плечо.

— Я бы поступил так и для тебя. Ты по-прежнему мой любимый брат.

Каден улыбнулся, хоть и не очень широко.

— А ты мой.

— К чему эти вопросы? И как ты вообще об этом узнал?

Каден чуть отступил.

— Тебе стоит прибраться. Нисмера рада, что ей достались несколько реликвий и существ из Потустороннего мира, даже несмотря на то, что она не получила муррака. Думаю, она захочет поужинать сегодня вечером.

— С тобой все в порядке?

Каден ничего не сказал, развернулся и направился к двери.

— Эй, – окрикнул я его, и он остановился, уже держась за ручку. – Ты для меня целый мир, Каден. Ты никогда не отказывался от меня, даже когда был заперт. Нисмера рассказывала мне, как часто она разговаривала с тобой, когда я не мог, и как отчаянно ты хотел вернуться ко мне. Ты всегда заботился обо мне и защищал меня, и я люблю тебя, но это Мера, Каден, а не очередной монстр.

Он посмотрел на меня через плечо и еще раз натянуто улыбнулся, прежде чем выйти из комнаты. Дверь за ним захлопнулась.

Обувь скрипела, когда мы поднимались по маленьким ступеням в гостиную. Орим, Самкиэль и я были покрыты грязью с ног до головы. Мы остановились перед входом, Самкиэль стряхнул налипшую на меч грязь, прежде чем убрать его. Орим сложил свои кинжалы и убрал в ножны.

— Что ж, было весело. Никогда больше не подпишусь на такое, – сказала я, выжимая из волос грязную воду.

— Прости, – сказал Самкиэль, почесывая затылок и разбрызгивая грязь. – Мурраки известны тем, что живут под землей. Я думаю, если он еще где-то здесь, то это именно то место.

Орим пожал плечами.

— Но мы проверили тут все пещеры. Я думаю, можно с уверенностью сказать, что он ушел с Нисмерой.

— И это еще один серьезный повод для беспокойства, – отметила я.

Самкиэль кивнул, положив руки на бедра.

— Если муррак у нее, боюсь представить, как она будет его использовать.

— Нам стоит рассказать Роккаррему. Я знаю, он все еще общается с Сависом. Может, он что-то слышал.

— Хорошая идея.

— А я свяжусь с Верукой, – добавил Орим. – Узнаем, добрался ли он туда.

— Хорошо, – вздохнула я. – Тогда мы возвращаемся?

— Нет, – вмешался Самкиэль, и мы с Оримом посмотрели на него.

— Орим, ты возвращайся, расскажи Роккаррему, а я хочу кое-то показать Дианне.

Орим закатил глаза и с отвращением фыркнул, но кивнул.

— Я дам знать, если найду что-нибудь, и обязательно постучу. Очень громко.

Самкиэль бросил на эльфа раздраженный взгляд и махнул рукой. Открылся портал в библиотеку, где обычно обретался Реджи. Орим помахал, прежде чем покинуть нас.

Моя улыбка была мягкой и теплой – ни следа того, как я чувствовала себя прошлой ночью.

— Что ты хочешь мне показать?

Самкиэль слегка наклонил голову.

— Это сюрприз.

— Цветок для моей дамы, – Самкиэль держал в руке стебель, который венчал красивый белый бутон с ярко-желтой сердцевиной.

Я засмущалась, когда продавщица одарила нас лучезарной улыбкой. Пока мы не подошли, покупателей у нее не было. Самкиэль купил все ее цветы и принялся раздавать их людям. Вскоре собралась небольшая толпа, прохожие радовались, когда принимали красивые растения. Я ничего не сказала даже тогда, когда Король-бог вручил цветочнице столько монет, что она едва ли не расплакалась.