Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 85 – Эмбер Николь

Выждав еще несколько минут, я подошел к клетке. Несколько замков размером с мой кулак запирали бронированную дверь. Я провел рукой по одному засову, но не почувствовал никакой магии. В последний раз убедившись, что рядом нет охраны, я дернул один из замков на себя. Он рассыпался у меня в руках, и я выругался себе под нос – это было слишком громко. Я снова посмотрел за угол, проверяя, что никто ничего не услышал. Поспешно сломав оставшиеся засовы, я прыгнул в фургон, закрыв за собой дверь.

Внутри была непроглядная тьма, но я чувствовал дикую, свободолюбивую энергию этого существа. Пара светящихся глаз смотрела на меня из дальнего угла клетки, а обычно узкие зрачки расширились из-за отсутствия света. Торук уставился на меня злобным взглядом, и я знал, что для этого существа темнота не была помехой. Я поднял руку и прижал палец к губам, предупреждая его молчать.

Существо молча наблюдало, как я создаю тусклый шар серебристого света на своей ладони. Единственное, что я слышал, был тихий шорох его перьев. Клетка скрипнула, когда одна массивная когтистая лапа шагнула вперед, за ней последовала другая.

Серебряный свет отбрасывал тени на зверя. Из темноты появился длинный золотистый клюв. Я видел, как поднялись перья на его голове, как сузились его глаза – он был готов закричать. Тогда я протянул ему руку. Это было либо самым смелым, либо самым глупым поступком, который я когда-либо совершал, учитывая тот факт, что он мог с легкостью ее откусить. Глаза существа расширились, а голова удивленно откинулась. Безуспешно попытавшись расправить крылья в тесной клетке, он широко раскрыл свой огромный клюв.

Здесь это великолепное существо называли торук, но в моем мире это был грифон.

— Иг'Моррутен разорвал миры в клочья, и ты пахнешь так, будто искупался в ее запахе. Коварный, убийственный демон.

Голос был удивительным и определенно женским.

Мои руки опустились.

— Ты чувствуешь на мне запах Дианны?

Мой пульс участился. Прошло несколько недель с тех пор, как мы были вместе, и тот факт, что ее аромат все еще был со мной, меня взволновал. Перья на голове существа прижались.

— Ты говоришь на языке брушнев?

Мягкая улыбка заиграла на моих губах.

— Я говорю на многих языках.

Птица несколько раз моргнула, прежде чем завороженно втянуть носом воздух. Ее когтистые лапы перестали царапать пол, а пушистый хвост спокойно опустился вниз. Она приблизилась, и я смог разглядеть оставшуюся половину ее тела. Идеально круглые ожоги портили красоту ее оперения и крыльев.

Меня переполняла печаль. Самки торуков были величественными, свирепыми и прежде всего преданными. В своем родном мире они были воинами. Самцы не уступали им по силе, однако именно самки не прекращали сражаться до последнего удара сердца. Неудивительно, что она кричала и боролась, несмотря на то, что ее жгли и пытали. Она никогда не окажется у Нисмеры. Она умрет здесь, сражаясь за свою свободу.

— Ты пахнешь смертью. Ядом. – Самка опустила голову, и я отвернулся, когда она вдохнула мой запах. – Ты скоро погибнешь.

Я криво ухмыльнулся.

— Спасибо.

Я и без нее это знал. Моя рана становилась все хуже. Яд, который мне подсыпали в Нефритовом городе, делал меня все более слабым. Я не мог есть – меня постоянно тошнило, а противорвотные корни уже не помогали. В конце концов я просто перестал это делать. С каждым днем мне было все труднее просто устоять на ногах, но приходилось держаться. Нужно было найти способ добраться до Дианны. Она мне поможет.