Книга Книга Азраила, страница 292 – Эмбер Николь

Все это явно происходило уже после того, как Лиам сформировал Лигу, – все, кого я узнала, были облачены в одинаковые доспехи. Неужели они только что вернулись с боя?

Логан прошел мимо Небожителей и остановился рядом с Лиамом. Он высоко поднял голову и сжал рукоять одного из пылающих орудий, готовый атаковать при первой необходимости.

Я оглядела толпу и увидела Винсента. Он сидел чуть поодаль, сбоку от пьедестала и выглядел еще злее, чем обычно. На его груди и руках виднелись следы когтей, но раны уже не кровоточили.

— Ты ослушался, Самкиэль, и это чуть не стоило тебе нескольких Небожителей. Они созданы не для того, чтобы быть твоими игрушками, самодовольный дурак! – рявкнула женщина, и моя голова тут же повернулась к ней.

Длинные белые волосы богини ниспадали на ее плечи и спину, все пальцы были унизаны серебряными кольцами. Под доспехами виднелось мерцающее платье, которые отбрасывало блики всякий раз, когда она двигалась. Она стояла напротив Лиама, и серебряные линии на ее теле пульсировали от гнева.

— Дело сделано, не так ли, Нисмера? – ответил Лиам, вытирая кровь со своего меча.

Итак, это была Нисмера – та, которая создала Винсента и, судя по словам Лиама, причинила ему много боли.

— Да, я вполне здоров, – простонал Винсент.

Лиам повернулся к Винсенту, махнув рукой в его сторону.

— Видишь, с ним все в порядке.

Комната наполнилась голосами, все переговаривались друг с другом. Дверь позади меня открылась, и вошли еще несколько стражников вместе с горсткой Небожителей. Они были одеты в блестящие доспехи – более грубые, чем те, что носил Лиам и его воины. На их нагрудниках была выгравирована птица с множеством крыльев.

Шум в комнате стих, когда они подошли к пьедесталу и сняли шлемы. Один из самых высоких воинов швырнул большую окровавленную голову к ногам богов. У отрубленной шеи мгновенно образовалась блестящая лужица крови. На голове было два толстых рога, загнутых по спирали. Изумрудно-зеленые искорки света мерцали под его чешуей даже после смерти. Пасть чудища неестественно широко распахнулась, обнажая крючковатые зубы, блестевшие от яда.

— Я принесла голову Иг’Моррутена, – произнес женский голос. – Одного из многих, которых уничтожил Самкиэль и его воины.

Я знала, что они охотятся на Иг’Моррутенов, но то, с какой легкостью они могли обезглавить существо из самых жутких кошмаров, меня потрясло.

К моему удивлению, я узнала воина, бросившего голову: Имоджин. Она была поразительно красива, даже когда ее покрывала кровь одного из моих соплеменников. Она подошла к Лиаму и поприветствовала его поцелуем. Я почувствовал, как у меня сдавило грудь, и отвела глаза в сторону. Выходит, она тоже была одним из лидеров.

Прекрасно. Отлично. Я совсем не ревную.

— Леди Имоджин, можете ли вы подтвердить действия Самкиэля?

Я вспомнила этот голос и узнала отца Лиама, окруженного ореолом величия, хотя в этот момент он казался крайне разочарованным. Он сел на центральный трон и устало потер висок. Я ухмыльнулась. Мой Лиам похож на своего отца куда больше, чем его юная версия.

— При всем уважении, ваша милость, задание было выполнено, – сказала Имоджин с легким поклоном.

На лице Лиама появилось самодовольное выражение, и он вытянул руки, как бы заявляя: «Видишь, я же говорил».