Книга Имя мне Тьма, страница 129 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Спасибо, но нет. Меня уже и так слегка потряхивает от всего.

Семен был моложе Романа почти на десять лет. Он работал следователем недавно, и Кукушкин негласно считался его наставником.

— Это дело… – рассуждал Роман. – И так мало приятного, а на нас еще и начальство давит. Естественно, им ни к чему появление серийного убийцы.

— Но об этом речи вроде не было? – возразил Семен.

— А на что еще это похоже? Четвертый труп! И снова часть внутренних органов удалена. Думаешь, простое совпадение?

— Я уже ничего не думаю. – Семен напряженно смотрел на дорогу, освещенную фарами автомобиля. – Откуда только берутся эти уроды, Роман? Хирург! Кто такое прозвище придумал?

— Журналисты, – поморщился Кукушкин. – Кто же еще?

Семен вдруг мрачно улыбнулся:

— Чехлыстова, поди, руку приложила. Я помню, как она из меня информацию пыталась вытянуть. Еще после самого первого убийства. Лютая журналистка!

— Лютая, – согласился Роман.

Марина Чехлыстова ради хорошего репортажа и правда была на многое способна. Уже тогда она считалась одной из лучших журналисток, работала в крупной еженедельной газете и специализировалась на различных расследованиях.

— Кстати! Мы сейчас где проезжаем? – спросил Роман.

Семен вгляделся в темноту. Параллельно дороге тянулись участки с небольшими аккуратными домиками. В некоторых окнах еще горел свет.

— Да все тот же коттеджный поселок, – ответил Семен. – Он же на несколько километров растянут.

— Заверни-ка к нашему профессору. У него же тут дом неподалеку.

— Поздно уже. Надо было хоть позвонить предварительно.

— Да ладно. Такие люди рано спать не ложатся.

— Что тебе от него нужно?

— Возникла вдруг кое-какая мысль, – задумчиво произнес Роман. – Дядька хороший, он нас уже не раз консультировал по разным вопросам. Может, и сейчас подскажет что-нибудь дельное?

Роману всегда нравился этот серьезный благообразный старичок, еще довольно крепкий для своих семидесяти лет. Профессор с супругой постоянно жили за городом. Роман издалека приметил добротный двухэтажный дом, окруженный большим яблоневым садом. Когда Семен остановил машину, Кукушкин выбрался наружу, поднялся на крыльцо и постучал в дверь.

В окнах первого этажа еще горел свет, но на его стук никто не ответил. Тогда Роман разглядел в полумраке кнопку дверного звонка и надавил на нее несколько раз. В одном из окон замигал свет. Странно. При каждом нажатии кнопки звонка свет в комнате гас, а затем загорался вновь.

Вскоре дверь ему открыла невысокая пожилая женщина со старомодной стрижкой каре. Роман вспомнил, что уже видел ее раньше. Жена профессора. Когда Кукушкин приезжал сюда в первый раз, она работала в саду. Под ее цепким взглядом следователю стало не по себе.

— Добрый вечер, – учтиво приветствовал ее Роман. – Я…

— Вы следователь, – кивнула она. – Я помню, вы уже приходили к моему мужу.

— Профессор дома? – спросил Кукушкин.

— Конечно. Но он сейчас занят в своей художественной мастерской. И он очень не любит, когда его отвлекают от любимого занятия.

Художественной мастерской! Это прозвучало так высокопарно, что Кукушкин невольно улыбнулся.

— А чем он там занимается? – спросил Роман.

— Рисует картины. Муж всегда немного увлекался живописью, но сейчас, после выхода на пенсию, занимается ею почти постоянно.