Книга Осколок рая, страница 88 – Крейг Дэвидсон

Он снова заснул и проснулся всего несколько минут назад. Встал. Боль острым шипом отдавалась в голени, но все же была терпимой. А вот есть хотелось страшно. После ранений его организм всегда требовал еды, чтобы быстрее восстановиться.

Прихрамывая, он вышел из хижины. Сквозь деревья пробивались первые лучи рассвета. Он видел движущиеся в лесу огоньки и слышал, как выкрикивали имя мальчика. Илай.Это заставило вспомнить об увиденном в окне прошлой ночью – о мальчике, который был лишь плодом его одурманенного таблетками разума.

Эб заметил, что за его передвижениями следит мужчина с всклокоченными белыми волосами – такие прически носят так называемые нонконформисты – и с пистолетом в кобуре на поясе. Мужчина с насмешкой наблюдал за тем, как он прихрамывая пересекает площадь.

— Рановато для таких, как ты, – обратился он к Эбенезеру. Тот остановился и уставился на говорившего.

— Намекаете, что ниггеры встают позже, добрый сэр?

— Насчет ниггеров не знаю, – невозмутимо ответил мужчина, – а вот педикам в такую рань тут делать нечего. Твоими роскошными волосами тут никто не сможет заняться, парень.

— Спасибо за комплимент. – Эбенезер бесстрастно кивнул.

— Поправляйся скорее, – пренебрежительно сказал мужчина. – И уноси отсюда ноги, пока цел.

Эбенезер нашел эту беседу причудливой и в то же время грубой. Педик? Ублюдок явно испытывал его терпение. Эб мысленно поклялся перерезать глотку этому болвану, если представится такая возможность.

Прихрамывая, он вошел в столовую. Повар нехотя протянул ему миску с кашей. Эбенезер высыпал на кашу коричневый сахар, съел свою порцию и попросил добавки.

— Это для завтрака детей и для людей, которые ищут бедного Илая, – проворчал повар, выглядевший лет на пятьдесят. У него были выдающееся пузо и нос, словно созданный для того, чтобы его сломали. Эбенезер с удовольствием спихнул бы этого кашевара с лестницы, но таковых поблизости не наблюдалось, к тому же лодыжка болела слишком сильно.

— Если в каком-либо из городов земли, которую дает тебе Господь, среди твоих братьев окажется бедняк, то не будь жестоким и скупым к нуждающемуся брату. Будь щедрым и охотно дай ему взаймы все, в чем бы он ни нуждался! –Эбенезер показал повару свои распростертые ладони. – Послание к Ефесянам, друг мой… друг мой во Христе.

Повар подал ему еще одну миску. Эбенезер был в восторге – не ожидал, что его маленькая импровизация сработает! Закончив есть, он удовлетворенно рыгнул.

— Вы порадовали меня, шеф-повар; я обязательно упомяну вас в своем обзоре для журнала Bon Appétit.

Он удалился под хмурым взглядом повара. Да и черт с ним. С ним и со всем этим жалким лагерем. Будь Эб здоров, он сбежал бы сразу же, не заботясь ни о чем. И плевать, присоединились бы к нему остальные или решили остаться.

Эбенезер не мог сказать, что именно беспокоило его в Маленьком Раю, кроме очевидного: это был унылый анклав, которым управлял коротконогий библеист со стрижкой под Элвиса. Его больше тревожили иные мелкие детали. Например, то, что солнечный свет казался тут более тусклым, лишенным тепла и жизни. Или то, как все здесь горбились, словно деревья, пытающиеся выжить на продуваемой ветрами горной вершине…

Он стоял на площади и смотрел, как люди возвращаются из леса. Изможденные и грязные, они несли факелы, которые догорали, как огромные деревянные спички. Что сказал повар? Ушли искать бедного Илая…У них что, ребенок сбежал? Если так, то пропавший мальчик – это забота местных жителей, а не его собственная. Эбенезер никогда не отличался особым сочувствием к чужим бедам. Разумеется, это считалось его недостатком как человека, но в выбранной им профессии давало немало преимуществ.