Книга Дом холодных сердец, страница 135 – Тея Авари

— Я не…

Торн не успел ответить. Ева кинулась ему на грудь и зарыдала от нахлынувшей радости. Вампир обнял девушку за плечи, бережно прижал к своей груди.

Торн прислушался к себе. Холод по-прежнему сковывал сердце. А горечь – душу. Всемогущий Отец, мучитель, истинное зло, был повержен. Но какой ценой?

Больше не осталось его братьев, они исчезли без следа. Кассий на века отдал душу дьяволу. Быть может, он сделал это давным-давно. Мог ли Торн его спасти?..

Милтос, так жаждущий воссоединиться с семьей, теперь никогда не сможет этого сделать. Его душа ушла в небытие…

А сам Торн так и остался холодным чудовищем с вечной жаждой крови…

— Она очистила твою душу, – внезапно сказала Альба, словно услышав мысли Торна.

Тот вопросительно посмотрел на ведьму, рана на груди которой срослась как по волшебству, оставив лишь кровавое пятно на рубахе.

— Ева, по праву своей крови и связи с тобой, смогла поймать твою отправившуюся в небытие душу, очистить ее и вложить назад. Так что, парень, может, тебе еще и светит рай. Но не сегодня.

Альба взяла за руку усталую и дрожащую от пережитого Астэс.

— Ты все еще вампир, с этим уж никто ничего не поделает. Но, думается мне, это и хорошо: у вампирского племени должен быть именно такой король. Иначе мир погрязнет в хаосе.

Слушая и осознавая слова старой ведьмы, Торн поднялся на ноги, помог встать Еве.

— А коли ты вампир, поторопись. Ночь на исходе, – проворчала ведьма.

И ей, и Астэс не терпелось попасть из страшного места, стены которого были свидетелями стольких несчастий и смертей, назад, домой. Вот только домом им был не замок Каэдэс.

— Подождите, – проговорил Торн, обернувшись на кровавую луну, опускающуюся за окном к горизонту. – Есть кое-что еще.

Легонько пожав руку Евы, он отпустил девушку и шагнул в тень, под покровом которой лежало распластанное тело молодой женщины.

Торн склонился над умирающей Веспер, из груди которой вырвали сердце. Так, как когда-то она поступила с ним.

— Торн… – еле слышно прошептали губы вампирши. – Это ты, Торн…

Вампир пристально посмотрел на ее бледное как снег лицо и почувствовал, что испытывает сожаление. Это взбалмошная, своевольная девчонка причинила им много зла. Но если бы Веспер не пришла на помощь, был бы у них шанс на спасение?..

— Я долго думал, какое наказание ты заслуживаешь Веспер, за все твои грехи… – произнес Торн, —…теперь же думаю, как отблагодарить тебя, маленькая ведьма.

Губы Веспер дрогнули в улыбке.

— Все уже решили за тебя, Торн. Я умираю. Теперь навсегда. Встретимся в небытие.

Вампир покачал головой. Глаза Веспер, темные, как спелые вишни, застыли.

— Я любила тебя, Торн… – прошептала она напоследок.

— Я знаю, – ответил вампир.

И прежде чем кровавая луна скрылась за горизонтом, он окунул ладонь в кубок, еще содержащий капли ведьминской крови, провел окровавленными пальцами по губам Веспер, заставляя те самые капли стечь ей в рот. И произнес финальные слова заклинания. Те самые, что должен был произнести Кассий…

Монс, окончательно продрогший на ветру, опасливо косился на горизонт, где пробивались первые утренние лучи. Хозяин оставил его здесь и велел ждать, и покорный слуга добросовестно исполнял приказ: держал коней и ждал, мелко дрожа, – не то от холода, не то от страха. Ведь если верить господину, с сегодняшнего дня их мир изменится и придет эта… Ламия.