Книга Дом холодных сердец, страница 66 – Тея Авари

Милтос, воспользовавшись паузой, скинул с себя обувь и штаны.

— Ну же, давай, – Веспер поелозила под ним, раздвигая ноги.

Просить два раза не пришлось. Вампир резко прижал ее бедра к животу, опустился и мощным толчком взял ее, будто желал скорее убить, чем доставить удовольствие. Он входил в нее, словно собирался раздавить или проткнуть насквозь, и в каждом его движении Веспер чувствовала ненависть. Ей это нравилось.

Раскинув руки в стороны, она комкала одеяло судорожными пальцами и, прикрыв глаза, сладко постанывала, чуть ли не назло любовнику. Внезапно это сработало. По крайней мере, так подумала Веспер. Он стал нежнее и чувственнее, как будто не пытался больше доставить ей муки, а наоборот.

Веспер взглянула в его полуприкрытые глаза, затуманенные страстью, прикоснулась ладонью к его холодной бледной щеке, чтобы он посмотрел на нее.

— Ева… – хрипло простонал вампир, и Веспер едва удержалась, чтобы не влепить ему оплеуху.

Впрочем, она была не из обидчивых.

Вампирша лишь сжала ногами его бедра и, схватив за рыжие волосы, притянула к себе его голову.

«Я заставлю тебя полюбить меня», – мстительно подумала она и оттолкнула его от себя, вынуждая перевернуться на спину.

Милтос был не против, и вампирша уселась на нем, искусно задвигала бедрами, издавая громкие стоны, в конце концов переходящие в крики.

Когда оба были близки к финалу, ее крик слился с другим, страшным, отчаянным, доносящимся снаружи. Вампирша довольно улыбнулась – в этот момент ей было приятно, как никогда.

* * *

Торн вернулся в замок, где танцы уже успели перерасти в вакханалию. Музыка теперь была громкой, быстрой, нечеловеческой, странной. Кто-то продолжал танцевать, кто-то упивался кровью, кто-то делал вид, что ведет светские беседы, в то время как на самом деле плетет заговоры и интриги против слабых домов, а кто-то откровенно предавался разнузданной любви, слившись с партнером или даже с партнерами прямо на полу.

Атрея нигде не было видно, и это могло означать либо то, что ему наскучили одни и те же пьяные лица, либо то, что он что-то замыслил. Выяснять Торн не хотел. Нужно было срочно найти братьев.

Он прошел вдоль хоровода танцующих вампирш, пытающихся втянуть его в свою пляску, чуть не столкнулся со слугой, несущим поднос с бокалами, протиснулся через толпу, с жадными комментариями наблюдающую, как сношается парочка, явно не наделенная комплексами.

Кто-то дернул Торна снизу за штанину, и, обернувшись, он увидел полуобнаженную вампиршу, ползущую за ним по полу. На ее лице застыла кровавая ухмылка. Игриво, как кошка, она перевернулась на спину, не отпуская пойманную ею добычу.

Торн знал, чего она хочет, и, возможно, когда-то, упившись кровью, захотел бы составить ей компанию. Но теперь он не чувствовал ничего, кроме брезгливости. С силой дернув ногой, он вырвался из ее хватки и свернул в ближайший темный коридор. Если в нем и не было братьев, то была возможность сосредоточиться и прислушаться, чтобы понять, где их искать.

Вампир прикрыл глаза и по-звериному навострил уши, но ни голосов братьев, ни знакомых звуков от них он не услышал.

Чертыхнувшись, Торн стал продвигаться наугад в сторону личных покоев резидентов дома. Если в тронном зале не было ни Кассия, ни Милтоса, вполне вероятно, их следовало поискать в чьей-то опочивальне. И смутное предчувствие уже подсказывало Торну в чьей.