Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 106 – Диана Фурсова

— Почему все считают, что ответ очевиден?

— Потому что я видела, как госпожа Вейр отказалась от покровительства бывшего мужа, когда мастерская стоила меньше содержимого одного дворцового сундука. Теперь дом стоит дороже, а условия хуже скрыты.

— Император не пытается украсть станок, — сказала Ярина.

— Нет. Он пытается не допустить, чтобы после Мерравии появился ещё один независимый источник, который дворец не контролирует. Для правителя это разумно.

— Вы его защищаете?

— Объясняю. Разумный интерес одной стороны не обязан становиться выгодным другой.

Овейна положила рядом свою папку.

— Здесь временные распоряжения, принятые после коронации. Печать прежней гильдии приостановлена. Склады и архивы опечатаны. Поставщики могут выполнять старые частные договоры до нового решения. Но это всё временно. Завтра Совет либо создаст новую систему, либо вернёт прежнюю под другим названием.

— Император предложил мне возглавить службу открытой проверки.

— Службу, которая заберёт ваши карты.

— Именно.

Овейна оглядела мастерскую. На полках лежали ткани с клеймами Молтов, Тирсенов и Левров. Возле стены стояли два старых манекена, один с треснувшей подставкой. На длинном столе были разложены сменные детали доступной коллекции, а под окном сохранилась доска, где Рейса отмечала движение материалов между ткачами и портнихами.

— Что вы хотите вместо должности? — спросила Овейна.

— Закон, одинаковый для всех мастерских.

— Это не ответ. Какой закон?

Ярина положила перед ней три бумаги.

Первой был договор с семьёй Молтов: заранее установленная цена, ограниченный объём, право продавать другим мастерским и собственное клеймо на ткани. Второй — правила императорского состязания после внесённых изменений: открытая карта свойств, независимые проверяющие и запрет забирать карты проигравшей стороны. Третьей стала самая первая бумага, подписанная Яриной, Ивеллой и Рейсой: текущая работа оплачивалась раньше старого долга, каждая могла уйти, питание при долгой работе учитывалось отдельно.

— Свободные поставки, — сказала Ярина, касаясь первого договора. — Открытые состязания за государственные заказы, а не выдача их одному дому по праву старой печати. Добровольные договоры между мастером, работником и заказчиком. Регистрация магического свойства не должна превращаться в передачу карты тому, кто ведёт реестр.

Овейна перелистнула бумаги.

— Это принципы. Совет попросит формулировки, исключения, порядок проверки и ответственность.

— Я не умею писать законы.

— Наконец-то разумное признание после недели, за которую вы спорили с половиной Совета.

— Я умею показать, какой результат нужен. Формулировки пусть составляют люди, которым за них платят.

— Хорошо. Тогда не просите «свободные поставки» без оговорок. Совет сразу вспомнит опасные ткани и закроет все ворота. Требуйте право заключать прямые договоры с зарегистрированным происхождением материала. Не просите отменить проверку. Требуйте отделить проверяющего от мастерской, которая получает выгоду от запрета.

Ивелла принесла чистый лист.

— Пишите.

— Я управляю пристанями, а не вашим пером.

— Зато вы знаете, какие слова Совет не сможет превратить в противоположность.

Овейна села.

К полудню на стене рядом с таблицей мерок появился новый лист. Вверху Ярина написала: «Что должно измениться». Ниже стояли пять коротких положений.