Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 130 – Диана Фурсова

Император прислал представителя для регистрации договора, но не потребовал придворного обряда. Императрица приехала как заказчица и свидетельница, в платье с открыто указанными именами всех мастеров.

Овейна отвечала за размещение гостей и относилась к двору как к плохо организованной пристани.

— Проход оставить свободным. Коробки убрать от ворот. Представители Совета не должны вставать там, где будут носить ткань.

— Сегодня никто не носит ткань, — сказала Рейса.

— В мастерской всегда кто-нибудь носит ткань.

Она оказалась права.

За десять минут до церемонии привезли заказ для школы, и два тяжёлых рулона пришлось провести через весь двор. Советники расступались неохотно, пока Ивелла не объявила, что опоздание поставки обойдётся дороже их церемониальных туфель.

Тарвель пришёл пешком.

Без родового плаща, стражи и процессии. Его камзол сидел хорошо, шесть собственноручных стежков на рукаве оставались заметными, а возле внутреннего края стояли имена всех мастеров.

Ярина вышла из главного зала.

Светлая юбка двигалась свободно, длинный жакет подчёркивал фигуру, но не сковывал плечи. Два серебряных пути шли от воротника к поясу, расходились и снова соединялись короткими мостами.

На изнанке стояли клейма Вейр, Сорн и Нолль.

Своё имя Ярина поставила первым не потому, что была важнее остальных.

Потому что отвечала за заказ.

Молодой писец прочитал брачный договор вслух. Никто из гостей не возражал против отдельных имуществ, сохранённого имени или отсутствия права управлять мастерской. За прошедший год подобные условия перестали казаться дерзостью и стали одним из вариантов добровольного соглашения.

— Лиорена Вейр сохраняет своё имя, — закончил писец. — Модный дом, школа, родовой станок, карты и всё ремесленное имущество остаются под её единоличным управлением. Тарвель Аркейн сохраняет права и ответственность за собственный дом. Совместные решения принимаются только с согласия обоих супругов.

Он посмотрел на Ярину.

— Вы подтверждаете договор?

— Подтверждаю.

— Лорд Аркейн?

— Подтверждаю.

Они подписали.

Печать не отняла у Ярины имя. Вышивка не погасла. На пальце не появилось кольца, которое могло раскрыться по чужому решению.

Вместо него Ивелла принесла серебряную ленту.

Один конец Ярина продела через открытое крепление своего пояса. Другой Тарвель закрепил у застёжки камзола. Между ними осталось достаточно свободной ткани, чтобы каждый мог сделать шаг назад и не потянуть другого.

— Возьмитесь за ленту, — сказала Ивелла.

Они коснулись серебряного полотна.

Тарвель заговорил первым:

— Я обещаю спрашивать, прежде чем решать за нас двоих. Говорить правду, даже когда она делает меня виноватым. И защищать твоё право выбирать, даже если твой выбор неудобен мне.

Ярина смотрела ему в глаза.

— Я принимаю это обещание.

Лента потеплела, но не заговорила. Карта ждала её слов.

— Я обещаю не требовать, чтобы ты угадывал мои мысли. Говорить, когда мне нужна помощь, и говорить, когда она не нужна. Я выбираю идти рядом с тобой, сохраняя своё имя, дело и право оставаться собой.

Тарвель ответил:

— Я принимаю это обещание.

Серебряная нить засветилась.

Не ослепительно. Свет прошёл по переплетению ровно, не изменив цвет и не добавив ни одного скрытого знака.

Ткань повторила голос Тарвеля: