Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 23 – Диана Фурсова

Ярина добавила ещё один пункт:

— Гарант не имеет права изымать образцы, выкройки и записи без отдельного решения Совета.

Тарвель посмотрел на неё, но спорить не стал.

— Добавьте, — сказал он писцу.

— И опечатывание временно приостанавливается с момента подписания.

— На семь дней, — подтвердил Тарвель. — Если ты докажешь безопасность станка, распоряжение отменят до окончательного рассмотрения ремесленной записи.

— Если не докажу?

— Источник закроют, а я отвечу перед Советом за последствия отсрочки.

— Ты мог отказаться.

— Мог.

Он не объяснил, почему не отказался. Ярина тоже не стала спрашивать при свидетелях.

Документы подписали до наступления вечера. Когда они вернулись на улицу Старых Фонарей, на двери мастерской уже висела третья бумага. На этот раз это была копия открытой записи о заказе Овейны Раст. Рейса прикрепила её поверх края объявления о продаже.

— Теперь все увидят, что мы работаем, — сказала она.

— И что у нас есть восемнадцать серебряных, — напомнила Ивелла. — К утру придут поставщики.

— Поэтому купим необходимое сегодня.

Овейна оставила мерки и уехала по делам пристаней. Ярина отправилась с Ивеллой к торговым рядам, а Тарвель, согласно условиям соглашения, последовал за ними как гарант. Его присутствие раздражало продавцов и одновременно делало их непривычно вежливыми.

Первый торговец предложил серебряную нить почти вдвое дороже цены, указанной в старой книге.

— Она подорожала, — объяснил он.

— За два дня? — спросила Ивелла.

— После пробуждения источника спрос изменился.

— Источник пробудился у нас, — сказала Ярина. — Почему платить за это должны мы?

Торговец развёл руками.

Тарвель молчал, как и обещал. Он не давил на продавца титулом и не предлагал заплатить сам. Ярина обошла ещё три лавки, сравнила нити на растяжение и только в четвёртой нашла подходящий товар. Он стоил дороже, чем ей хотелось, зато продавщица согласилась принять часть оплаты после приёма в обмен на имя мастерской в открытой книге поставок.

На оставшиеся деньги купили крепкую основу, тонкую подкладку и несколько листов хорошей бумаги для выкроек. На починку крыши средств уже не хватало.

— Пока дождь не начался снова, — сказала Ивелла, — будем считать это разумным риском.

— Дождь наверняка услышал, — заметила Рейса, когда они вернулись.

Работа началась в тот же вечер. Ярина построила основу платья по меркам Овейны, сделала свободнее рукава и предусмотрела складку у плеча, позволявшую поднимать руки без натяжения лифа. Юбку она расширила не у талии, а ниже бёдер, чтобы ткань не мешала шагу и сохраняла строгую линию.

Ивелла проверила расчёты, исправила длину спины и предложила укрепить внутренний пояс, чтобы вес серебряной нити не тянул воротник. Рейса переносила отметки на пробное полотно. Тарвель сидел у дальней стены с журналом наблюдений и не произнёс ни слова, пока Ярина сама не обратилась к нему.

— Ты собираешься находиться здесь все семь дней?

— Только во время работы станка и испытаний.

— Сегодня станок больше не запустим.

Он закрыл журнал.

— Тогда я уйду.

— Так просто?

— В соглашении нет пункта, по которому я обязан мешать вам работать.

Рейса уткнулась в ткань, скрывая улыбку. Ивелла сделала вид, что полностью занята швом.

У двери Тарвель задержался.

— В доме Аркейнов сохранились записи о старых ремесленных источниках. Я могу запросить их через Совет.