Книга Фурадор, страница 54 – Денис Бурмистров

Лиму и Бурундука отнесли в один из общинных домов рыбацкой артели. Ребята выглядели плохо, и Максимилиан как можно дольше тянул с неутешительным вердиктом.

— Они придут в себя? – мрачно спросил Цапля, поблёскивая глазами из тёмного угла.

Ещё несколько масок повернулось в сторону экзорциста. Среди них была и мать Лимы – усталая сухонькая женщина с узловатыми от холодной воды руками.

Сама девочка лежала на широкой лавке у стены, укрытая тёплым одеялом, и её бледное лицо скрывала наспех наброшенная льняная маска. Казалось, что она мертва, настолько тихим было дыхание, а сомкнутые ресницы не трепетали.

Бурундук был куда живее – сидел в углу, беспрестанно стягивая с головы мешок с прорезями, пускал слюни и бормотал нечто бессвязное.

— За Лимой нужен уход, – наконец собрался с мыслями Максимилиан, вспоминая все подобные случаи, в которых ему пришлось побывать. – Она сейчас очень слаба, её душа еле цепляется за тело. Хорошо бы отнести её в церковь на пару дней, попросить, чтобы прочитали молитву о возвращении Света. Пока можно поить медовой водой или сладкой настойкой, но немного, а то поплохеет.

— Как долго она будет… вот такой? – спросила мать Лимы.

Максимилиан пожал плечами. Он и сам не знал.

— А Бурундук? – с нажимом спросил Цапля.

— Бурундук, – протянул мальчик, не сумев скрыть печальных нот. – Увы, он вряд ли поправится.

По комнате прошелестел тревожный шёпот.

— Поясни, – глухо потребовал Цапля.

— Обряд изгнания – дело непростое, деликатное, – попытался объяснить Максимилиан, прибегая к словам учителя. – Если сущность слабая, если засела неглубоко, не успела обосноваться, то прогнать её может любой сведущий церковник, знай он хоть простенький Канон, да имей нужные самоцветы под рукой. Но вот если переусердствовать, или тварь сильная сидит, сопротивляется, то тогда можно и душу самого одержимого сжечь, а то и вовсе из тела вырвать. Потому нужны экзорцисты, которые знают, как что правильно сделать.

— Это как арбалетный болт из живота вытаскивать? – спросил незнакомый парень у окна. – Чуть сильнее дёрнул, и уже кишки наружу полезли?

Максимилиан нашёл сравнение удачным.

— Да, слышал такое, – подтвердил ещё один товарищ Цапли. – У дядьки на дальнем кордоне как-то лярсы развелись. Пока экзорциста звали, местный светлик их сам изгонял. Дядька говорил, к приезду фурадора половину местных дураками сделал. Только вот он говорил, что кто-то потом всё же оклемался.

— То есть шансы есть? – спросил Цапля, глядя на Максимилиана.

Крюгер как-то говорил, что иногда даже худой искорки хватает для выздоровления, но сам он таких случаев не припоминал.

— Волею Света всё возможно, – ответил экзорцист, разведя руками. – Может, я и неправ…

— Погоди-ка, – вдруг поднял палец парень, что говорил про арбалетный болт. – Это что получается, Бурундук всё же был одержим? А так чего тогда из него тянули, коль паразита внутри не было?

На этот вопрос Максимилиан ответа не знал. Был готов поклясться, что никакой тёмной сущности внутри Лимы и Бурундука не было, но что-то же с ним происходило, что-то же сёстры Дилан с ними делали.

Он пробыл в Пристенках ещё час, потом собрался домой, размышляя, как бы найти замену испорченному самоцвету. Цапля вызвался его проводить, хоть и пребывал в мрачном расположении духа.