Книга Фурадор, страница 57 – Денис Бурмистров

— Чтобы я удостоверился, что ты мне не врёшь!

Мальчик нехотя скинул плащ, повернулся к гостальеру вполоборота – он всё ещё опасался выпускать его из виду – задрал рубаху до шеи.

— Ха, – увиденное позабавило Нильса. – Недолго тебе осталось, ливер. Тоже приберут к себе мошки-мышки. Как и всех, как и всех…

Максимилиан вздрогнул, торопливо одёрнул одежду. Слова безумца ударили в самое сердце, но он решил не обращать на них внимания.

— Вы поможете мне? – настойчиво повторил мальчик.

Нильс устало замотал головой, качнулся в раздумьях. Потом захихикал под нос, протопал к двери, запустил длинные пальцы за притолоку, покопался там. Вытащил свёрнутые трубочкой листы, почерневшие от пыли и плесени. Швырнул на пол словно отрезанный ломоть собаке. Сказал:

— Забирай и уходи. Больше у меня ничего для тебя нет.

Максимилиан не заставил просить себя дважды. Он ощущал растущее напряжение, что подобно далёкой грозе накатывало из-за горизонта. В этом Нильс тоже был похож на брата, только этот Крюгер вместо оплеухи способен схватиться за меч.

— Спасибо, господин, – тихо поблагодарил мальчик, поднимая хрустнувшие под пальцами листы.

— О таком не благодарят, дурачина, – гостальер издевательски засмеялся, но тут же зашёлся в душащем кашле, что скрутил его будто хороший удар в живот.

Максимилиан поспешно ретировался, с облегчением вдохнув полной грудью промозглый уличный воздух. Мельком успел взглянуть на бумаги, заметив почти выцветшие рисунки и единственную фразу, точнее, имя: «Янне».

* * *

Максимилиан долго выбирал время и место, опасаясь случайного внимания со стороны учителя. Ему хотелось погрузиться с головой в собственные изыскания, но, как назло, постоянно что-то мешало, отвлекало. Когда же он вырвал часы от своего сна, уединился в ночном полумраке под светом тусклой лампы, то оказался несколько разочарован увиденным.

То было описание одного-единственного обряда, изложенное чьим-то убористым почерком. Так аккуратные кухарки записывают рецепт незнакомого блюда, шаг за шагом, без лишних слов и образов.

«Собрать фигурку из кожи, шкуры, костей птиц али зверя мелкого, али веток. Нутро наполнить травой от порога, обрезками её одёжи, соломой из перины, пухом из подушки. Линии чертить сверху вниз, от центра к сторонам. Фигурку смазать кровью собственной, не жалеть оную. Повторять нижеуказанные слова беспрерывно, на вдохе глубоком до жжения грудного. После нижеуказанные слова повторять задом наперёд на выдохе долгом…».

Понимал ли гостальер Нильс Крюгер, для которого составляли этот обряд, истинный смысл описываемых действий? Максимилиан понимал – и внутренне морщился от грубости и примитивности языческого метода. Там, где учение Ордена Фурадор призывало к осторожности и поступательности, творение неизвестного шамана сразу обращалось к самой мерзкой и опасной магии плоти и крови, а длинная череда слогов казалась уродливой пародией Читки. А ещё эта фигурка-иши, не то ловушка, не то приглашение. Зачем она нужна? И кто такая «Янне», чьё имя красуется во главе текста?

Простота ритуала соблазняла, и не составило бы труда повторить его. Но Максимилиан давно уже не был тем глупым и наивным мальчишкой, покинувшим когда-то Стоунгард. Прежде он попытается разобраться, что к чему. И начать нужно с главного экзорциста.