Книга Равновесие Парето, страница 139 – Денис Бурмистров

— Что это было? — хрипло выкрикнул где-то впереди Илья. Я почувствовал, как натянулся трос со стороны Карчевского. Из пурги выплыла черная туча, превратилась в фигуру геолога. Его лапища коснулась плеча:

— Поднимайся.

Люди вставали, отряхивались. Шофер нервно топнул ногой, закрутил головой, бросая взгляд то на Юдина, то на Карчевского.

— Что это было?

— Похоже на подземный взрыв, — неуверенно произнес Степанов.

— Это вулкан, — донесся голос Юдина. Седобородый проявился, как проявляется изображение на фотографии, выступив из ночи в свет оброненных факелов.

— Какой еще вулкан? — оторопело спросил Илья.

— На месте которого стоит город, — Ян стукнул посохом об землю. — Который был под нами. Черный и белый добрались до самых родников истории, скоро они закончат свою работу. Скоро они примут решение.

Юдин развернулся и кинул через плечо.

— Идемте. Надо спешить. Времени осталось совсем мало.

— Твою на лево, — сквозь зубы выругался Карчевский, зарываясь пальцами в волосы. — Какие масштабы, чеширский кот, какие же тут масштабы для изучений!

Я с удивлением посмотрел на него, но веревка на поясе уже дергалась, увлекая за уходящими товарищами. Я поспешил за ними.

— О чем ты, Олег? — все же не удержался.

— О хлебе насущном, — отмахнулся было геолог, но с жаром продолжил. — О том, сколько здесь работы для научных умов. Тут же кладезь новых знаний! Сюда экспедиции посылать и посылать нужно, с машинами и лабораториями. Но ведь найдется плешивая профессура, которая будет пихать палки в колеса свободным изыскателям. Загребут под НИИ, опечатают и захапают только себе. И, боюсь, таким как я, сюда дороги не будет.

«Кто о чем, а лысый о расческе», — подумал я. Тут живым бы выбраться, а этот бородатый завел волынку про научный интерес.

— А ведь я им говорил, — Олега прорвало, он уже не нуждался в собеседниках. — Я им показывал расчеты. «Нет, вы послушайте себя, — говорили мне, — Ваши выкладки ровным счетом утопичны и антинаучны». Жлобы очкастые. Самодуры криворукие. Вот вам теперь Олежек свои циферки подарит, вот вам.

Я не стал поворачиваться к Карчевскому, но живо представил, как он сейчас тычет сложенными фигой пальцами в пустоту.

Факела давали слишком мало света. Несмотря на то, что почти над самой моей головой висел потрескивающий огненный шар, который держал геолог, я вряд ли мог разглядеть, что находится в пяти шагах в сторону. Думаю, что идущий впереди Юдин видел и того меньше, факел нес за ним Илья, который не сильно старался освещать дорогу проводнику. Но, судя по всему, Ян уже вышел на известный ему маршрут, двигался старик уверенно и споро.

Асфальт под ногами сменился утрамбованным щебнем. Камни были влажные и в свете огня казались рыбьими спинами, по которым нам приходилось ступать. Из темноты то и дело вылетали рукава серой метели, которые проносились между идущими и скрывались по другую сторону процессии. Усилился ветер. В воздухе стоял низкий гул Колодцев, в котором проскакивали потусторонние звуки. Вздохи, шепот, гортанные звуки, удары по щебенке — все как в дешевом фильме про полтергейст, что могло бы показаться забавным, если бы не происходило со мной. Впервые я был благодарен тому, что не вижу существ, преследующих нас. И поспешно отворачивался, когда вдруг кто-то из теней приближался слишком близко к границе света. Пока они не могли нас достать, я старался их игнорировать.