Книга Последняя надежда Этэры, страница 75 – Алекс К. Уиллис

Он посмотрел на Романа.

— Ты – наши глаза. Чувствуй каждый шаг. Каждую искру их внимания. Ты ведешь.

Потом на Алису.

— Ты – наши ноги. Быстро, тихо и точно. Он показывает – ты идешь. Ни секунды сомнений.

Он выпрямился, и его грузная фигура словно заполнила всю палатку.

— Вопросы?

Молчание длилось несколько секунд. Затем Роман медленно поднял взгляд.

— А если они раскусят? – Его голос прозвучал тихо, но чётко в спёртом воздухе. – У тоннелей мы действовали по той же схеме – отвлечение и удар. Рифты анализируют всё. У них должна быть память, логика. Что, если наш «алгоритм» для них уже стал предсказуемым? Нам нужен запасной вариант. Хотя бы один.

Марк ответил не сразу. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, задержался на Романе. Казалось, он взвешивал не столько сам вопрос, сколько факт, что он прозвучал.

— Раскусят, – наконец отозвался он, и в его голосе не было ни раздражения, ни удивления. – Рано или поздно – обязательно. Поэтому запасной план один: не дать им времени на реакцию. Скорость и внезапность – вот наш второй план. Если первая схема даст сбой, не будем доводить её до конца. Роман, если почувствуешь сдвиг в их паттернах – сигнал на отход. Алиса, в этот момент – немедленный выброс дымовой завесы по сектору С-4, у нас там заложены заряды. Это создаст хаос и даст нам минуту, максимум полторы, чтобы сменить позицию и перейти к импровизации. Большего у нас нет. Еще вопросы есть?

Вопросов не было. Было лишь гулкое биение сердца в ушах и сухость во рту. Страх был знакомым, почти осязаемым, он витал вокруг, смешиваясь с запахом остывающего травяного чая. Но сейчас к нему примешивалось нечто новое. Не уверенность – до нее было еще далеко, – но собранность. Острая, как лезвие, концентрация. Месяц изматывающих тренировок, ночные костры, боль, падения и редкие, выстраданные моменты прорыва – все это сжалось теперь в тугой комок готовности. Они боялись. Но они знали, что должны сделать. Они знали свои роли. Они были шестеренками одного механизма, и сейчас этот механизм должен был провернуться в первый раз не на учебном полигоне, а в настоящем аду.

Роман встретился взглядом с Алисой. В ее глазах он не увидел ни бравады, ни страха. Лишь ту же сосредоточенную решимость, что была и в нем. Он кивнул ей. Почти незаметно. Она ответила тем же.

— Операция начинается на рассвете, – заключил Марк. Его слова прозвучали не как приказ, а как констатация факта. Впереди был только огонь.

Рассвет на Этере не приносил утешения. Багровое небо светлело до грязно-лилового оттенка, окрашивая руины Тарна в цвета старой крови. Группа двигалась по мертвым улицам, прижимаясь к теням. Воздух звенел неестественной тишиной, нарушаемой лишь далекими раскатами взрывов и свистом ветра в пустых глазницах зданий.

Роман шел в середине колонны, стараясь дышать ровно. Каждый нерв был натянут струной. Он не пытался сканировать все пространство вокруг – этому его научила боль от перегрузки. Вместо этого он выбросил вперед узкий луч внимания, как сонар, выискивая знакомый холодный след Рифтов. Пока – лишь эхо, размазанное по пустующим развалинам.

Алиса двигалась бесшумно, ее взгляд постоянно перемещался, отмечая возможные укрытия и пути отхода. Пальцы то и дело непроизвольно сжимались, будто проверяя готовность нанести удар. Она ловила себя на том, что мысленно повторяет маршрут по коллекторам, представляя каждый поворот, каждое потенциальное препятствие.