Книга Наследница Джасада, страница 168 – Сара Хашем

Тимур засмеялся.

Его смех был мне на руку, потому что чемпионам было бы неуютно находиться рядом со мной, если бы они думали, что я хоть в чем-то похожа на своего наследника, а мне было нужно, чтобы они расслабились.

— Спасибо, – сказал он. – Приятно познакомиться с еще одним чемпионом из нижних деревень.

Чемпионка Орбана Диа, которую я заметила, как только она села за стол, посмотрела на нас, услышав наш разговор. Арин мало что мог о ней рассказать, и я уверена, что это обстоятельство его беспокоило. Диа из Орбана не обладала никакими выдающимися способностями. Она была невысокой и фигуристой девушкой и держала свой напиток так, словно кто-то мог попытаться его отравить. Арин рассказал мне, что решение Сорна выбрать ее своим чемпионом озадачивало Орбан, и по первому своему впечатлению я разделяла их недоумение.

— Полагаю, что чемпион Орбана также выходец из нижних деревень своего королевства, – сказала я.

— Интересно, что ты не уверена в имени Тимура, но помнишь такую деталь обо мне, – сказала Диа, не глядя на меня.

Она хмуро посмотрела на слугу, который попытался налить в ее чашу красного вина.

Волосы девушки были сострижены с обеих сторон, а длинные пряди в центре зачесаны назад. Она запустила пальцы в свои каштановые локоны, отводя их влево, а Тимур постучал ложкой по моей тарелке.

— Не обращай на нее внимания. Она намерена выиграть Алкаллу, втягивая себя в неприятности.

Султанша Вайда постучала по своей чаше, прерывая всякие разговоры. Белки ее глаз сияли под короной, а на облегающем лифе ее платья цвета слоновой кости сверкали рубины. Накидка на ее плечах была соткана из белых цветов и струилась позади Вайды, источая сладкий аромат, граничащий с приторностью. Если она не сменит эту накидку через два часа – мы все потеряем нюх.

Сановники Лукуба смотрели на свою султаншу с таким почтением, которое предназначалось только Авалинам.

— Тысячу лет назад наши Авалины приняли душераздирающее решение – спасти свои королевства, очистив их от волшебства. Байра, Капастра и Дания собрались на Сирауке, чтобы придумать, как остановить своего брата. Авалина из Джасада нельзя было ни заточить в тюрьму, ни убить. Магия в его крови разъедала его человечность, и ее не заботили разрушения, которые он учинял. Наши храбрые Авалины, опасаясь, что их магия поведет их по тому же самому пути, что и их брата, решили заточить себя в той же гробнице, в которую должен был попасть Ровиал. Ровиал последовал за Данией на Сираук, замышляя нападение на Авалина Орбана, но у нее, как и у ее сестер, сидевших в засаде, был наготове свой тайный план. Наша возлюбленная Авалин Лукуба Байра подошла сзади к Ровиалу и заключила его в свои нерушимые объятия. Дания нарисовала у него на лбу руны, которые гарантировали то, что он впадет в вечный сон, а Капастра, Авалин Омала, подняла руки и активировала магическую схему, которую они сплели вокруг моста. Ученые полагают, что Ровиал кричал так громко, что на землю обрушились небеса. Тучи и раскаты грома окутали брата и сестер, когда они упали с моста, запечатав себя в ожидающих их внизу гробницах.

Вайда подняла свой кубок, и все вокруг меня повторили за ней, отдавая дань уважения этой маленькой грустной сказке. Магия Ровиала и безумие Ровиала – это синонимы в их сознании, а для меня с этого моста началась история Джасада. Все во мне восставало против поднятия чаши в честь этой истории, но я чувствовала, как мою шею покалывает, будто Арин наблюдает за мной. Для меня была отведена роль, которую я должна была сыграть с достоинством, поэтому я подняла чашу и увидела, как мои браслеты сверкнули под красным цветом лампы.