Книга Наследница Джасада, страница 253 – Сара Хашем

— Он нашел меня! – гневно воскликнула Сорайа, внезапно споткнувшись, и на ее лице отразилась агония. – Проклятые гробницы, как он это сделал?

Стены вокруг нас снова начали исчезать, и, не став упускать шанса, я бросилась на Сорайу, повалив нас обеих на землю. Но через мгновение я уже держалась за пустоту, приземляясь в огромной спальне. Перед овальным зеркалом сидела совсем другая Сорайа. Эту молодую версию моей служанки было легче узнать без грязи, въевшейся в волосы, и без ярости в чертах лица. Вспотевшая от усилий, она расчесывала свои волосы, спадающие на плечи.

— Ненавижу портить свои волосы, но я и так уже слишком выделялась, и люди могли решить, что я джасади, – проворчала моя служанка.

Я прошла мимо ее молодой версии и, затаив дыхание, остановилась у изножья широкой кровати. Под одеялом спал Арин. В этом воспоминании Сорайи он был еще подростком, и, потрясенная уязвимостью юных черт его лица, я наблюдала за его дыханием.

— Ему нравится думать, что я сделала его таким холодным, – сказала Сорайа, присевшая рядом с ним.

Она провела пальцами по его щеке, и мне захотелось сломать их один за другим.

— Но он всегда был сложным, недоверчивым параноиком, повсюду искавшим повод для сомнений. Он не доверял добрым жестам и не подпускал никого ближе вытянутой руки.

В ее улыбке искрило то озорство, которым она заслужила мою симпатию и преданность.

— Если кто-то и смог поставить гору на колени, то это ты, Амария. Арин из Низала влюбляется в наследницу Джасада. Ха! А он-то думал, что это мой обман был ужасен. Неудивительно, что он закрыл свое сердце. Проклятая магия продолжает сбивать его с истинного пути.

— Я его не обманывала, – сказала я. – Когда мы встретились, я не была наследницей Джасада. Я была простой деревенской сиротой Омала, даже почти не джасади. Я не собиралась становиться или начинать…

Я не смогла закончить предложение, потому что в этот момент другая Сорайа закончила расчесывать свои волосы и положила щетку на туалетный столик.

— Не собиралась начинать заботиться о своих людях? – закончила за меня Сорайа. – Да уж. Ханым отлично справилась со своей задачей, устранив в тебе это стремление. Но это уже не важно. У нас с Арином разные представления о предательстве. Он считает предательством ситуации, в которых его смогли перехитрить или он просчитался насчет какого-нибудь человека.

Юная Сорайа легла рядом с Арином и посмотрела на его спокойное лицо без шрама, а тем временем чары настоящей Сорайи слабели. Цвета в комнате то выцветали, то становились ярче, а ее кожа приобрела бледный оттенок. В руке другой Сорайи материализовался клинок, и, прерывисто вздохнув, она приставила клинок прямо к горлу Арина. Глаза наследника Низала распахнулись, и он дернулся в сторону как раз вовремя, чтобы кинжал сменил свою траекторию удара. Вместо горла он попал в его челюсть, нанеся рану, которая и образовала печально известный шрам командира армий Низала. Кровь потекла по его челюсти, он отбросив Сорайу к стене, Арин, пошатываясь, направился к двери, в которую ворвался молодой юный Уэс с другими охранниками, которых насторожил шум, раздавшийся в комнате. Уэс успел броситься вперед как раз вовремя, чтобы поймать Арина перед тем, как тот упал на пол. Среди охранников я заметила и Вауна, который прижимал к обильно кровоточащей ране наследника какую-то тряпку. Он посмотрел на дверь, в которую выволокли корчащуюся Сорайу, а через несколько секунд в покои наследника вбежал Верховный. В этот момент комната снова исказилась, но я готова поклясться, что цвета в его скипетре начали кружится.