Книга Наследница Джасада, страница 267 – Сара Хашем

— Я знаю тебя, – пробормотала я.

Это был Эфра. Джасади, которого я встретила на перевале. Ураби, наконец, нашли подходящий момент для атаки.

Женщина, стоявшая рядом с мрачным Эфрой, улыбнулась.

— Больно будет лишь мгновение, Мавлати. – Мелодия, которую они напевали, ускорилась, и крыло Цитадели взорвалось. Китмир взмыл над каменными останками, окрасив своими крыльями ночное небо в пылающие цвета Джасада, принося миру обновление и смертельную клятву.

Я положила руку на свою грудь, считая замедляющиеся удары сердца. По мере того как песнопение ураби становилось громче, мир вокруг меня терял свои краски.

Раз, два. Я жива. Три, четыре. Я больше никогда не буду в безопасности.

Где бы сейчас ни был Арин, он наверняка потрясен моим предательством. Его глаза снова станут ледяными и неумолимыми, а шрам, такой же, как и на его челюсти, рассечет его душу. Возможно, он станет охотиться за мной так же, как и за Сорайей.

Пять, шесть.

Я выбираю ее.

«В другой жизни, –подумала я. – Я бы тоже выбрала тебя».

Когда ураби убрали руки от моего тела, мы исчезли.

Арин

Арин из Низала неподвижно стоял в море безумия. На лужайке перед Цитаделью толпились гости, а солдаты тащили к горящему крылу повозки с бочками воды и забегали внутрь.

— Она же умерла. Я думала, она умерла, – повторяла королева Ханан, сидя на земле в неприличной позе, а Феликс навис над ней, пытаясь поднять свою бабушку на ноги. – Дочь Эмре жива?

Между членами королевских семей звучали обвинения в адрес друг друга. Они все обсуждали то, что она останавливалась под каждой из их крыш и ела за их столами.

— Найди ее! – закричал Равейн, воткнув свой скипетр в землю. – Закройте ворота! Пошлите солдат в лес.

Арин знал, что он должен что-то ответить. Он должен был сказать отцу, что солдаты ничего не найдут, но несмотря на то, что в крыле Цитадели бушевал пожар, из которого выбегали солдаты, покрытые сажей и пеплом, самой большой угрозой для окружающих его людей был сам Арин. Впервые в своей жизни он не мог думать.

Конечно же, Вайда не преминула вставить свое слово.

— Она правда королева Джасада? Бедняжка, должно быть, ты ужасно себя чувствуешь. Так долго рядом с тобой находился твой злейший враг, и ты его упустил. – Повернувшись к нему, Вайда прижалась к Арину, и на ее губах, покрытых рубиновой помадой, заиграла самодовольная улыбка. – И ты, конечно, держал ее слишком близко, не так ли…

Слова замерли на губах султанши, когда Арин сомкнул руку на ее горле.

Он смутно слышал крики приближающихся солдат Лукуба, но почувствовал, как отец опустил свой скипетр на его руку, которой Арин поднимал в воздух брыкающуюся Вайду.

– Я делаю тебе больно?

Вайда вцепилась ногтями в несгибаемые пальцы Арина, сопротивляясь, но когда она посмотрела ему в глаза, то, что увидела султанша, заставило ее начать брыкаться так, словно она была кошкой в воде. Воины Низала скрестили мечи с воинами Лукуба, но внезапно Арин с Вайдой оказались лежащими на земле. В них врезались два тела, повалив на землю, и когда наследник пришел в себя, то увидел, что это были с ужасом смотрящие на него его личные гвардейцы. Стражники Лукуба оттащили от него плачущую султаншу и повели к ее карете.

Верховный Равейн в мгновенье ока сменил свой гнев на милость, чтобы успокоить разгневанных членов королевских семей.