Онлайн книга «Запретный плод»
|
…Макс уже уснул, лежа на животе, и она позволила в который раз навернувшимся слезам обжечь веки, растечься по вискам. Укрыла своего мальчика одеялом, поцеловала воздух возле сонно раскрывшихся губ. Пашка до сих пор причмокивал во сне – искал ее грудь. Она случайно услышала это у них дома, в Париже. И чуть не расплакалась прямо в коридоре: хоть на уровне инстинктов, но она так необходима ему… Энергетическую пуповину не порвали ни годы, ни страны. — И с тобой будет также, – шепнула Ольга одними губами. – Куда бы ты ни уехал, сколько бы лет мы ни виделись, я всегда буду в тебе, а ты – во мне. Он не услышал. * * * Жизнь после жизни – вот чему теперь предстояло учиться. Заставить себя относиться к этим двум неделям как к пустячному приключению – нечего и пытаться. Когда-то, еще в театральном училище, Ольга бравировала тем, что заводила себе мальчиков на лето, целовались на пляжах до одурения… А в сентябре начиналась учеба, в которую уходила с головой, и романы кончались сами собой. Только из этого времени она давно выросла, по швам затрещало бы старое платье юной стервочки, если б попыталась натянуть его сейчас. Все всерьез. Жизни не так много осталось, где уж тут развлекаться! До климакса – рукой подать… В зеркало все чаще хочется смотреться только издали. — Теперь хоть высплюсь как следует, – пытаясь ухватиться хоть за что-то хорошее, уговаривала она себя. – Все доктора твердят, что для женщины хороший сон лучше всяких масок… А он разве дал бы мне отоспаться? Смешные попытки занять себя чем-то, пока сердце разрывается: новое платье купила в «Галерее Актер» на Тверской – заранее в подарок на день рождения. Отдала последние деньги, чтобы изобразить перед продавщицами богатую женщину. Стоило ли того? Повертелась среди зеркал, ловя отражение молодости, которая еще промелькивала, вспыхивала во взглядах мальчиков в форменной одежде. Ольга украдкой всмотрелась в лицо каждого: мог бы заменить ей Макса? Откровенно поморщилась, испытав даже гадливость какую-то… Его ровесник как таковой был ей не нужен. Сейчас она, пожалуй, поддержала бы Таню: с сосунком возиться… Да и с ровесником тоже. Не говоря уж о тех, кто старше – явственно отдающих запахом тлена. Там дряблость души и тела: какой картинг, какие забавы в узкой ванне? Газетка после обеда, дневной сон на диванчике… «Макс, – протянулось стоном. – Где ты, Макс?» Он позвонил ей с дороги. Ольга ответила, испугавшись: а вдруг беда? Хотя давала себе слово: ни звонков, ни свиданий. Дверь в прошлое заперта, ключ утерян где-то на Тверской… Забежала погреться в «Азия-кафе». Самой показалось – первое, что подвернулось. Но, уже съежившись в углу диванчика на втором этаже, потребовала от себя ответа: почему именно сюда? Теперь жизнь будет состоять из погони за его тенью? Под совершенно жуткие кришнаитские напевы машинально заказала кофе латте и жасминовый чиз-кейк – то, что уже брала здесь. В ту невероятно далекую пору, когда была жизнь до Макса. Очередной его звонок застиг ее, пригубившей кофе. Прошлый был из Суздаля. Он сказал: «Мне хотелось бы, чтоб мы увидели это вместе». Ольга нажала на кнопку отбоя так поспешно, будто телефон мог утянуть ее внутрь, пустить следом за безумным Белым Кроликом. Теперь Макс звонил с Урала. |