Книга Развод. Цена искупления, страница 35 – Анна Гранина

Но её нет в городе.

И этот факт раздражает.

Чёрт, как это непривычно.

И… неправильно.

Я всегда знал, что она многое делает сама. Доверял ей. Но видеть, как она в очередной раз берёт на себя больше, чем должна, и не могу даже обнять её вечером, сказать, что всё под контролем, — это выбивает.

Она меняет меня.

С каждым годом всё сильнее.

Раньше я не замечал таких мелочей. Или не думал, что они важны.

Но теперь…

Я еду домой.

Привычка.

Когда ты не один, когда знаешь, что дома есть человек, который тебя встретит, ты невольно заканчиваешь дела быстрее.

А сейчас…

Пустой дом.

Кухня.

Пустая спальня.

Аппетита всё так же нет. И я, схватив сэндвич, оставленный домработницей, жую его в сухомятку.

Бросаю пиджак на стул в холле.

Телефон вибрирует.

"Ты скучаешь?"

Не спит…

Скулы чуть напрягаются. Улыбаюсь сам себе.

Я не отвечаю сразу.

"Скорее злюсь. На тебя. Потому что уехала."

"Ну, я не навсегда 😏"

"Надеюсь."

“ Я тебя люблю” — прилетает.

“ И я тебя, Птичка” — пишу ответ

Откладываю телефон, потому что не хочу больше переписываться.

Хочу слышать её голос.

Видеть её перед собой.

Дом кажется тихим, пустым.

Молодёжь куда-то пропала.

Я захожу в спальню, включаю ночник и понимаю, что она оставила свой крем для рук на прикроватной тумбе.

Поднимаю его, смотрю, ставлю обратно.

Два дня, а кажется, что вечность.

Завтра будет третий.

И я уже жду, когда она вернётся.

Виктория.

— Господин Ли, — я медленно выдыхаю, стараясь держать голос ровным, — мы сотрудничаем с вашей компанией уже много лет. Ваши материалы — одни из лучших, но мне сейчас нужно не просто качество, а оперативность. У меня горят сроки.

Он складывает руки перед собой, качает головой.

— Госпожа Волкова, я понимаю вашу обеспокоенность, но логистика — это сложный процесс. На таможне могут возникнуть задержки, транспортная компания уже загружена заказами… Мы ничего не можем сделать.

Я стискиваю зубы.

— Господин Ли, мы обеими руками за долгосрочное сотрудничество. Но если ваш партнёр теряет деньги, потому что вы не хотите помочь ускорить процесс, — это уже не сотрудничество, а саботаж.

Он удивляется, но я вижу, что мои слова задели его. Я умею быть резкой и категоричной, когда это необходимо.

— Мы ценим наших клиентов, — начинает он, но я перебиваю:

— Тогда давайте решим этот вопрос как партнёры. Я готова рассмотреть дополнительную плату за ускоренную доставку. Но мне нужны гарантии.

Повисает напряжённая тишина. Я выдерживаю паузу, давая ему возможность обдумать мои слова.

— Я могу попробовать ускорить процесс, но это будет стоить дополнительных затрат на логистику. И всё равно без гарантий, госпожа Волкова, — наконец даёт он ответ.

— Хорошо. Я готова на дополнительные расходы. Но доставка должна быть в течение четырёх рабочих дней. Это мой крайний срок.

Он колеблется, затем медленно кивает.

— Я организую срочную отгрузку. Подтверждение получите в течение часа.

Я скрываю облегчённый вздох.

— Отлично. Жду документы.

Мы обмениваемся рукопожатием, но внутри я всё ещё напряжена. Четыре дня — лучше, чем две недели, но этого всё равно недостаточно. Надо будет продумать план работы в ателье, когда вернусь.

Я выхожу из офиса, сажусь в машину, которая ждёт меня у входа. Водитель вежливо открывает дверь, и я бросаю взгляд на часы. Уже поздно. Надо вернуться в отель. Отоспаться, проверить, насколько точно соблюдены достигнутые договорённости.