Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 29 – Тиана Соланж

— Да, Георгий Николаевич, все как вы сказали, — откликнулась через секунду женщина. Отец, больше не сказав ни слова, отключился, а я боялась даже рот открыть, чтобы узнать, что он там приготовил для меня.

— В общем, так, Александра, — тяжело обронил отец, сверля меня ледяным взором голубых глаз. — Чтобы больше подобных разговоров я не слышал, как и угроз. Ясно?

— Пап…

— Ясно?! — громко повторил он, заставляя меня едва не подпрыгнуть на стуле.

— Яснее некуда, — буркнула в ответ, не смея даже посмотреть на него. — А если…

— Вот, когда наступит это «если», мы и поговорим… отдельно, — холодно отрезал папа. Спорить было бессмысленно, потому что он все уже решил. Давно. За меня.

Отвернулась, чтобы скрыть злые слезы, подкатившие к глазам. Иногда я его просто ненавидела за это, но сил бороться в себе не находила… или не пыталась искать, просто плывя по течению? Сказали замуж — и пошла, как овечка на привязи. Я слишком его любила, чтобы вырваться на свободу из этих его «удушающих» заботой объятий.

— Тебе так важно слияние фирм, что готов избавиться от дочери, отдав за первого встречного? — тихо спросила я, хоть и понимала, что не права. Бросила короткий взгляд на его суровое лицо, которое еще больше потемнело от моих слов. Послышался короткий рваный выдох, а в следующий момент меня прижали к теплому отцовскому плечу.

— Птенчик мой, запомни — у меня нет никого ближе и дороже тебя, Саша, — я всхлипнула, уткнувшись в его лацкан пиджака, чтобы скрыть торжествующую улыбку. — Но! — я вздрогнула и невольно подняла глаза на папу, который смотрел на меня с укором и снисходительностью, — еще один такой «концерт», и замуж ты не пойдешь, — я глянула уже более заинтересованно, — а побежишь, — «ласково» улыбнулся мне папа, а я невольно сглотнула — знаем мы, эту улыбочку. Все его конкуренты знали, а потому боялись и уважали Сокольского. — Птенчик, сама, весело помахивая букетом и с фатой за спиной по ветру. Я, конечно, переживу, если мы с Кильдеевым не объединим капиталы, но терять перспективы выхода на новый уровень не намерен.

Хотела было возмутиться и вставить свое веское слово, но отец остановил меня всего одним жестом. Пришлось дослушать.

— Саша, до свадьбы всего ничего. Остались сущие мелочи, и представь, что все летит к чертям? — представила. Кивнула, соглашаясь, и папа продолжил. — Ты сама хотела замуж, — ага, как же?! Хотела я, угу. Сам поставил перед фактом, — мой взгляд все сказал ему, и отец усмехнулся, впечатлившись. — Ну, хорошо! Идея была наша с Азимом, хоть я и сомневался в ее успехе. Но мне казалось, что, ни ты, ни Бахтияр, не против обручения? Так? — я пожала плечами, потом кивнула. — Тогда в чем дело? Предсвадебный мандраж? Но я для того и устроил тебе ту вечеринку, чтобы ты отвлеклась, расслабилась. Через две недели проведем официальную помолвку, как того требуют твои будущие родственники, потом свадьбу. Так Азим настаивает, какой-то их обычай, — потер подбородок папа, а я невольно скривилась. Мне столько предстояло узнать, чтобы влиться в их семью, хотя Бахти пообещал, что никто не станет от меня что-то требовать. — Но традиции другой семьи надо уважать, — щелкнул меня по носу папа, а я вздохнула, соглашаясь. Они и так идут навстречу нам, так что это лишь малая жертва с моей стороны. Да и Бахтияр больше воспитан по светским законам, а не по вере, пусть и соблюдая некоторые каноны.