Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 76 – Тиана Соланж

— Да, договаривай уже — в развалину. Никому ненужного инвалида, — не теряя больше напускного спокойствия, завершил за него Север.

— Вот, что ты такой… твердолобый? — поморщился мужчина, со вздохом поднимаясь со своего места. — И замороженный, как айсберг. Не зря бабуля дала тебе это имя — Северин.

— Ага, и поиздевались вы с дружками в то время надо мной вдоволь. И как только не коверкали его, — беззлобно напомнил ему друг, и его губы дернулись в намеке на улыбку. — Какие только прозвища не придумывали в надежде досадить мне. Пока не досчитались пары десятков зубов на пятерых.

— Да уж, — мрачно зыркнул на него Влад, неосознанно потирая подбородок под насмешливым взглядом друга. — Не лыбься, а то… натравлю на тебя Светлану Егоровну, — пригрозил Влад, настал его черед улыбаться широко.

— Упаси бог! — воскликнул Север с притворным ужасом, вспомнив вздорную тетку из отделения кардиологии. Вернее, эта дородная женщина была тут… диетологом. Как она совмещала любовь к еде с собственными рекомендациями по диетическому питанию пациентов — Север даже знать не хотел. Слишком хорошо был «знаком» с теми самыми рекомендациями и запомнил их первую встречу.

— Стол номер десять! — гаркнула она на него, когда Северин в первый раз появился в столовой, решив поддержать организм. Ему в тот день в первый раз разрешили встать и передвигаться самостоятельно, и появление в столовой диетолога он пропустил. Она остановилась в дверном проеме, оглядев по очереди всех присутствующих, вернее, своих пациентов — считай подопытных — так как она могла без особого сожаления отобрать вредную по ее мнению еду.

Север тогда даже рот открыть не успел, чтобы попросить на раздаче мяса и побольше, когда, будто джинн из бутылки, вернее, черт из табакерки, появилась Светлана Егоровна и заявила:

— Так! Овсянка на воде без соли, чай и кофе — запрещаю! Еще мучное и жареное — исключить, — от ее командного голоса головы пациентов опускались все ниже и ниже, а возмущения в Севере становилось больше и больше. — Мясо и сыры тоже, жидкости ограничено. Так, что еще?

— А, может, сразу на тот свет? — мрачно поинтересовался Северин, пальцем указывая куда-то в потолок. Диетолог проследила за его жестом и улыбнулась жуткой улыбкой, ткнув пальцем в пол.

— Кто не будет соблюдать мои рекомендации — только «туда»!

Север в ответ скрестил руки на груди, и, несмотря на свой исхудавший вид, выглядел достаточно грозно. А что? Чемпион по боксу, пусть теперь бывший, даже после нескольких дней, проведенных в постели, пока врачи искали причины внезапного ухудшения его здоровья, возвышался над низенькой полноватой женщиной с пышными верхними и нижними «девяносто». Но даже это нисколько не впечатлило даму, продолжавшую холодно взирать на него снизу вверх, придавливая одним взглядом.

— Это можете сказать Владиславу Антоновичу, своему лечащему врачу. Это не мне пришлось буквально вытаскивать упрямого пациента оттуда, — теперь она указала перстом в потолок. Следящие за интересным разговором у стойки, пациенты тоже посмотрели вверх за ее жестом. Север лишь скрипнул зубами. — Мое дело рекомендовать, как сохранить то, что не успел разбазарить пациент, то бишь, свое здоровье, через правильное питание, — она окинула взором внушительные бицепсы Северина. — Так что — стол номер десять! — рыкнула она так, что один из пациентов, в этот момент пытавшийся откусить пирожок, замер с ним у открытого рта. Нисколько не церемонясь, Светлана Егоровна вырвала его из ослабевших пальцев, и пошла дальше, жуя пирожок на ходу. В гробовом молчании, повисшем в столовой, все взглядами проводили ее эпичный уход.