Книга Хорошая моя, страница 108 – Ирина Ваганова

Николай улыбался, выслушивая многословный бред своей любимой девушки. Не спорил. Он прекрасно знал, что мамы за их спиной обо всём договорились, и Машеньке предстоит смириться с последним крупным вмешательством в её жизнь. Эльвира Васильевна убедила сына, что праздничную трапезу организуют не только для того, чтобы собрать и перезнакомить будущих родственников. Праздник запомнят все, в том числе и упрямая невеста. Ей только кажется, что это ерунда, в глубине души каждая девушка, даже самая продвинутая, мечтает, чтобы её счастье видел весь мир. Николай чувствовал мамину правоту и радовался её включению в предсвадебные заботы. Теперь при воспоминании о двухлетнем ступоре, в котором находилась Эльвира Васильевна, он, да и сёстры, конечно, могли только ёжиться и переглядываться.

На покупку платья Машу подбила Катя. Как ни странно, девушки подружились. Не то чтобы они стали задушевными, но уж точно не злились друг на друга. Разве что отпускали колкости. Младшенькая Озерцова после экстремального похода переоценила свои принципы и полностью поменяла жизнь. Над диссертацией продолжала работать, однако твёрдо вознамерилась сразу после защиты уйти на производство. Достали замшелые учёные — так она говорила — хочу настоящего дела. Маша не дискутировала с будущей золовкой, понимая её мотивы. Коля шепнул, что сестрица по уши втрескалась, а предмет работает на том самом предприятии, связанном с космосом, куда теперь намылилась Катюха. Пусть. Пусть все будут влюблены!

В свадебное путешествие собирались в Грецию. На две недельки продлить ускользнувшее лето, это же классно! Маша надеялась улететь прямо в день регистрации. Николаю пришлось постараться, чтобы назначить старт на следующее утро. Он-то знал о сговоре родни и не хотел их разочаровывать. Что за свадьба без новобрачных?

Опять пришлось готовить сюрприз. А ведь обещал всегда советоваться с женой. Кому обещал-то? Будущей тёще. Однако Марианна Григорьевна сама же и убедила Николая «пока ничего этой упрямице не говорить». Пойми женщин!

Это будет последний его секрет от Машеньки. Ведь она ещё не жена пока!

Пока… Думая об этом, Коля чувствовал жар в груди. Как же хотелось ускорить бег времени! Как же мечталось проводить с любимой наполненные сладостью дни. Так, чтобы никуда не торопиться, чтобы наслаждаться каждым мгновением. Он будет всё время её фотографировать! И на пляже, и на борту прогулочной яхты, и на горном склоне с открывающимся видом на бесконечное море, и в постели. Представлял девушку, нежащуюся в проникающих сквозь жалюзи рассветных лучах, чуть прикрытую шёлковой простынёй или не прикрытую вовсе, и едва не мурчал от удовольствия. Даже будто ощущал запах водорослей и слышал крики чаек. Такой осязаемой казалась картинка. Жаль, что Маша не позволит публиковать свои фото. Нет! Голенькой он и сам не стал бы! В сарафане или её незабываемых мини-шортиках. Впрочем, она права: незачем всяким посторонним пялиться на его любимую и единственную. А фоток и так хватит: красивые виды, старинные здания, разрушенные крепости, деревенские и городские улочки, да и достопримечательности, куда без них.

Свадьбу отмечали в новом доме. В начале октября стояли волшебно-прозрачные в своей свежести дни. Воздух казался хрустальным, а тонкие стволы с намокшей корой и сбросившими листву ветками выглядели графическим орнаментом, нарисованным рукой японского или китайского художника. Суйбокуга — монохромная живопись тушью. Очень изящно и впечатляюще.