Книга Злато Светозара, страница 2 – Аисс Виал

— Не дури, Лада! Христом Богом молю! Не дури! Не час! ИДЁМ к Светозару!

— Тихон! Не пойму я тебя! Неужто всерьёз веришь, что батька отдаст меня за тебя⁈

— ОТДАСТ! Скажем, брюхата ты — гнев снесу за двоих!!!

— Ты и впрямь дурман-зелье принял! Не пойду я за тебя, Тихон! Ни за кого не пойду! Ни за тебя, ни за Огнеслава! Сама себе хозяйкой быть желаю! — голосила княжна, оскорблённая дерзкой замашкой отцовского слуги.

— Коли ТАК меня ценишь!.. — разъярился молодчик, обиду крепкую затая.

Как же он со своим отцом ошибся! Даже в такую годину княжна воротится от него! Да ведь мил он ей, сама говорила. Гордячка!

— Огнеславу всё одно не достанешься! Просить меня будешь, НА КОЛЕНЯХ, о милости пред батькой родным! — прошипел униженный тихоня.

А чтоб дело со словом спорилось, засим[10] завалил Лагоду наземь ошалелый Тихон. Опутал, аки паучище окаянный. Только раз вскрикнуть успела княжна:

— Пусти, БЕС! А-а-а! Пусти!

ЧТО отрезвить может взбесившегося Тихона? Как остановить греховодника? Отец говорил: «В бою за правое дело всякое орудие пытать пристало!»

Долго Лагода оборонялась. Ноготочками, зубками… Даже вывертеться смогла, бежать стала, да нечестивец за ногу успел ухватить, под себя подмять.

Тихон своё отпускать не хотел да только изранить боялся огонь-девку. Пусть думают, сама подпустила.

Как бы ни силилась Лагода, а бой проигрывала. Последнее орудие испробовать решила. Не к чести, да не в её духе! Но выбора не осталось… Слёзы, беззвучные, девичьи… Отчуждённость подкупающая… А там глядишь, к клинку Тихона путь прощупать удастся!

НЕ ПРИШЛОСЬ! Вовремя сила неведомая сорвала с неё обидчика. Аки сивер[11] налетел спасительный.

— Да ты, парень, глух! Девица добро не даёт! Дай я ухо тебе прочищу!

Мужской удар звонкий Тишку перекинул маленько, на три аршина[12] . А Лагода вскочила тем часом и одаривать взглядом незнакомца стала. Дюжий, рослый, платье — важное[13] , гридь[14] , стало быть. Ко всему смуглолицый, чернобородый, космы смоляные, пó ветру, — словом, красный[15] при́шлый[16] .

Спешился невдалеке. Там и дрýги[17] стоят конные. За свогó[18] не покоятся:

— Что там, Гордей⁈

— Да малый заплутал, до дому просит проводить, — ответил бравый гридь, плёткой отбивая ритм по своей ладони.

Малый⁈ Да выше Тишки во всем Доброграде не сыскать удальца!

Тихон не стал лесть на рожон, смекнув, что не один гость непрошеный в лесу оказался.

Люди Гордея оного[19] спокойно под локоточки приподняли Тихона. Тот, что с левого — прогремел:

— Веди! МАЛЫЙ! К дому-то!

— Путь держали — ступайте себе с миром… — приготовился давать отпор Тихон. Да не тут-то было! Один из молодчиков конных ловко аркан набросил на плечи балагура.

Тихон враз затянутый узлом, скрежеща зубами, прошипел:

— Дура-девка!

А ведь прав Тихон! Из огня да в полымя! То один был грозою чести девичьей, хоть и свой, а тут — полудюжина[20] пришлых гридней. Двое с Тихоном скоренько скрылись: Тихон пеший так и остался, а провожатые в сёдла прыгнули. Ноги бить, кому охота?

Двумя чужанами меньше стало.

— Светозарова?- вдруг огорошил Гордей догадливостью, глаза тараща на Лагоду. Та справно юбки отряхивала. А в голове его и без ответа вспыхнул домысел: «Космы медные, приметные! Князь Доброграда такими же хвастал на поле ратном да на мировой. Спутать трудно».