Книга Стражи Пограничья, страница 78 – Елена Саттэр

Когда сановник удалился, я с несколькими соседями обсуждали грядущую волну. И налоги подождут и маркиза тем более.

— Я вам говорю, сам белую ворону видел—горячился баронет Очагин.— вдалеке в небе, правда. Его земли были на самом краю Пограничья, и чудовища до него вряд ли бы дошли, но баронет отрабатывал свой шеврон не на отвяжись, и через линию его обороны ни одна тварь не проскользнула.

Доказательств у нас не было, но поговаривали, что через их черные глаза с бельмами на нас смотрели Хозяева чужих миров, посылающие орды на захват нашего.

— Нету у нас двух месяцев!!—вторил ему мой сосед барон.—Посмотри что в Чернозонье творится, какие твари из земли вылезать стали.

И я вспомнил, как мы помогали отбиваться оркам от слепошаров, когда невесту стражем заделавшуюся искать побежал. Подумав об Анжее, я напрягся.

И как то мне не по себе стало, даже брачный браслет зачесался. К чему это? Я потер зазудевшее запястье. Ночь поздняя. Спит наверное уже Анжея в своей избушке на утиных ножках. И баронета с братцем Агнелининым можно не опасаться. Вот они, здесь под присмотром нажираются. Я поднял глаза и увидел Невклида. Тот стоял совсем близко с мрачной задумчивостью рассматривал мою руку, то есть татуировку, периодически припадая к фужеру с вином. Я одернул рукав. Тот мерзко улыбаясь, отсалютовал мне, и шатаясь пошел к дружку.

Поспать удалось мне часа два, хотя вскочил легко. И через минут двадцать уже мчался в сторону постоялого двора. Даже завтракать не стал.

Разглядев толпящихся во дворе наших, сразу почувствовал неладное. Рванул во всю мочь. Здесь были и мои и чужие. С тревогой взглянули на подбежавшего меня.

Избушки не было, как и никого из ее компании. Только раненные вышли на крыльцо что-то рассказывали Фиге.

— Только не говори мне что они ушли в Чернозонье—с досадой проговорил я.

Друг встревожено кивнул:

— Вчера. Днем еще.

— Блин, собаки чернозоновые. Ну какого лешего она потащилась туда? И куда конкретно? Знаете что?—обратился я к раненным.

— Анжея про дорогу к болоту спрашивала. Того что у Тихого озера.

— В седло— кинул я своим, и мы помчались искать невесту мою непутевую.

Что могло случиться? Около Горелого дерева все как обычно. Синички динькают, чью-то тушу раклевывают. Вон сразу две костяху огромную потащили. Еле от земли оторвали, крыльями машут, надрываются. Невесты нет.

Поехали дальше. Вот и Ленивые холмы. Тоже тишина.

Начали с них спускаться к болотцу мимо Тихого озера.

А стало оно совсем не тихое. Вся стая собак здесь обитающая на берег вылезла из своих нор. Только щенков оставили с мамками. И кого же они здесь караулят?— задал я сам себе риторический вопрос, который совершенно не требовал ответа.

Собаки кто валялся на бережку, кто устроил свару, а кто лаял на недоступную добычу.

Посередине озера на боку зависла знакомая до боли избушка с торчащими красными лапами.

Мы остановились.

— Что делать будем? А Фига? — спросил я подъехавшего ко мне правую руку.—Сколько здесь голов, как думаешь?

Друг пожевал мясистые губы, задумчиво потер подбородок:

— Голов четыреста. Ишь расплодились как, собаки чернозадые.

Я соглашаясь кивнул:

— И нашими силами их не отогнать. Помощи надо просить. Возьми десяток с собой и возвращайся к постоялому двору. Перехватывай там и по пути всех и сюда тащи. А я пока план придумаю, как девицу мою голубоволосую спасать.