Книга Генерал драконов. Его лекарка-попаданка, страница 2 – Татьяна Озерова

— Спасибо, госпожа.

Она явно не знала меня. Приезжая, из беженцев.

Я ответила кивком. Приучила себя говорить поменьше, а если приходилось, делала паузу, проверяя каждое слово. Настороженность стала частью меня.

Нельзя выдавать, что я попаданка. Иномирянка, как здесь таких называют.

Здесь их ненавидели. Это я знала слишком хорошо. Вторая моя жизнь, Нореаны, пошла под откос именно из-за этого.

Поднялась, размяла поясницу. Спина ныла после работы на коленях. Привычная усталость. Отдохну потом.

Поспешила к следующему. Мальчишка лет девяти, порез на предплечье, неглубокий, но грязный. Промыла потоком целительской магии, края соединились. Я наложила тонкую полосу ткани поверх, для защиты.

Он смотрел на мои руки во все глаза. Я привычно опустила голову, пряча лицо за выбившимися прядями.

— Спасибо, госпожа Риана.

Магия текла уверенно. Мысли я обуздать всё равно не могла.

Госпожа Риана. Так меня здесь называли. Мне было легко принять её жизнь, не вызывая подозрений. Риану всегда считали немного странной, что не мешало с радостью принимать её помощь.

Осиротевшая дочь местного феодала. Посвятила себя целительскому дару. Не приняла многочисленных женихов. Нашла призвание в помощи простым людям.

Когда-то я работала иначе. Бинты, антисептики, шовный материал. Центральная районная больница, ночные дежурства. Лариса Синицына, фельдшер, двадцать шесть лет, ответственная до болезненности.

Хорошо помню, как умерла в первый раз. В дождь. Ливень стеной, дорога из райцентра, фары встречной машины, удар. Последняя мысль была о документах, которые всё же успела сдать в администрацию. Глупая мысль на пороге смерти.

Потом пришла тьма. Долгая, вязкая, без края и дна. Из неё я вынырнула в чужом мире, в чужом теле, с чужими воспоминаниями.

С трудом привыкла жить жизнью Нореаны. Познала страх, любовь и боль. И снова умерла.

Про вторую смерть помню смутно. Только то, что была связана с генералом. Тем самым, что сейчас возглавляет армию драконов, штурмующую город. И ещё помню, что перед смертью меня вела чужая воля, которой я не могла противиться.

Потом снова пришла тьма. Та же, что в первый раз. И выбросила меня в тело Рианы.

Рассудок мой выдержал и это. Я очнулась, и первым, что услышала, был старческий голос: «Риана, неужели ты дышишь. Целительский дар твой хранит тебя. Как же хорошо, что ты жива!»

Целительский дар Рианы был тут ни при чём. Она умерла. Я пришла в её тело и теперь, пользуясь её воспоминаниями, жила как она.

Послушное тело. Уже моё. С сильным целительским даром. После медицинской специальности моего родного мира этот дар лёг в руки, как родной.

Воспоминания трёх жизней объединились в одно сознание. Из памяти Нореаны я знала многое про этот мир. Знала и то, что правду о себе надо тщательно скрывать.

Нореана знала, как сильно здесь ненавидят иномирянок. Поэтому я никому не давала ни малейшего повода заподозрить иномирянку во мне.

И не дам. Несмотря на две смерти, я очень хотела жить. Я была почти счастлива жизнью Рианы. В ней был смысл.

Я разогнула спину. Оглядела подвал.

В этот момент наверху грохнуло. Стены подвала вздрогнули, с потолка посыпалась пыль.

По лестнице загремели шаги. Несколько человек тяжело, с натугой несли молодого мужчину.

— Госпожа Риана, срочно нужна помощь!