Книга Ее душа, страница 76 – Харли Лару

Леон крепко сжал мое горло широкой ладонью, сплетая со мной язык. Воздух покидал легкие, оставляя слабое чувство полета. Неужели в наслаждении можно утонуть? Способен ли экстаз полностью вытеснить дыхание?

Он встал, удерживая меня на весу: одной рукой за шею, другой – под ягодицы. Я обхватила его бедра ногами. Вены на его руках почернели. Радужки расползлись, золотой ободок в глазах стал тонким: будто солнце во взгляде заволокло тьмой.

— Умоляй взять тебя, Рэй, – прорычал он, давая мне вдохнуть крохотный глоток воздуха – едва хватило, чтобы не отключиться, выдавить улыбку и кивнуть. Он резко встряхнул меня. – Давай, девочка. Умоляй!

— Возьми меня… пожалуйста… – Из горла вырвался слабый, жалкий хрип.

— Ты ведь проклятая шлюшка, да? – спросил он. – Жадная до грехов. Порок не знает нежности, Рэйлин. – Леон прижался губами к моему уху, и голос стал вкрадчивым, проникновенным. – Ты столько лет играла с тьмой… потому что хотела именно этого, да? Чтобы зло пришло и поглотило тебя?

Он положил меня на кофейный столик. Твердая деревянная поверхность холодом обожгла спину.

— Я разрушу тебя всеми возможными способами, – хмыкнул Леон и рассмеялся, словно от одной мысли о том, что он намерен со мной сделать, в нем вспыхивает огонь. – Будешь вопить, требовать большего, умолять довести до края.

Страшно было – до чертиков. Но страх никогда не смущал меня, я гонялась за ним с детства, чтобы проникнуться и испытать на своих условиях. В нем я черпала силы, находила древние ощущения, которые говорили, что я жива, что я чувствую, что я способна на многое.

Леон стянул с меня одежду, с ухмылкой заметив, что на мне нет лифчика, а соски напряглись от холодного воздуха. Он навалился сверху, распластав меня по кофейному столику. Взял мои груди в ладони, сжимая пальцы. В кожу впились когти.

— Невыносимо, куколка, да? – Он сдавил соски, слегка перекатывая их. Я задохнулась: от каждого рывка по животу пробегала дрожь. – Почему ты не проколола их, кстати? Уши и нос не побоялась, а тут решила, что будет слишком?

Глядя мне в лицо, он накрыл возбужденный сосок губами и провел языком по его кончику. Бедра сами приподнялись, чтобы прижаться к нему теснее, но Леон свободной рукой обхватил меня за талию и вернул обратно. Он повторил ту же мучительную процедуру с другим соском. Я беспомощно застонала, извиваясь всем телом. Леон описывал языком круги вокруг моей груди, смыкал губы и начинал посасывать, вынуждая меня пронзительно стонать.

Если это и есть грех, я с радостью куплю билет до Преисподней в одну сторону.

Леон снова забрался ко мне в голову, используя темную силу, вызывающую иллюзорные прикосновения. Тело сковали невидимые ремни, они медленно стянули запястья, лодыжки и талию, привязывая меня к столу. Я не видела их, но разум убеждал, что они реальны. Мне оставалось лишь беспомощно извиваться, не в силах поднять руки или сомкнуть раздвинутые ноги.

— Что ты делаешь? – Голос сорвался на хриплый шепот, дрожащий от вожделения и бурлящих внутри чувств.

Леон приподнял голову, бросив терзать сосок.

— Лишь то, чего ты хочешь сама, – ответил он, проведя когтями по моей щеке. – Ты можешь сбросить с себя путы. Это проще простого. Забавно… – Он навис надо мной, оскалив острые зубы. – Ты даже не пытаешься сбежать.