Книга Ее душа, страница 89 – Харли Лару

Во мне все вспыхнуло. Вина, унижение, страсть смешались в яростный коктейль, от которого закружилась голова.

— Понимаю, – кивнула я.

— Нагнись.

Всхлипнув, я выполнила приказ, согнувшись пополам и едва касаясь щиколоток руками. Такая поза делала меня до боли уязвимой. Леон обхватил меня за талию, притянул ближе и медленно провел холодным ремнем по коже.

— Это очень важный урок, куколка, – произнес он. – Никогда не зли демона.

Удар обрушился резко, обжигающе полоснув по коже. Я ахнула, но не шелохнулась. Второй удар пришелся по тому же месту, заставив стонать громче. Я прикусила губу.

— Непослушная девочка. Знаешь ведь, что заслужила?

Еще удар – и снова стон. По коже резануло огнем. Ужасно хотелось вырваться. Втянув ртом воздух, я прошептала:

— З-знаю… Заслужила…

Новый удар – острее, жестче. Я стиснула зубы, сдерживая крик. Колени подгибались; каждый вздох дрожал, глаза застилали слезы.

— Как дела, куколка? – спросил Леон почти небрежно, и легкое касание ремня, скользнувшего по коже, заставило меня вздрогнуть. – Не думаю, что урок усвоен, но… до чего жалобно ты скулишь. Стыдно?

— Да… – выдавила я, борясь с рыданиями. Это явно не конец. – Очень…

Ремень опустился снова. Вздох сорвался с губ, пальцы на ногах сжались, и я вцепилась в джинсы Леона, чтобы не рухнуть. Слезы потекли сами собой – не от терзаний, а от облегчения. Я хотела плакать. Хотела отдаться ощущениям. Они заглушали вину и разжигали желание. Ремень скользнул по коже медленно, почти ласково, оставляя легкое покалывание.

— Будь мы сейчас в Преисподней, я бы отхлестал тебя на глазах у всех, – сказал Леон. – Демоны обожают хорошую порку. Зрелище – фантастическое.

Ремень со свистом опустился, и я бы упала на колени, если бы Леон меня не поддержал.

— Поверь, все бы оценили.

— Прости! – взмолилась я. – Леон, я все поняла… прости, пожалуйста…

— Поняла? Или возбудилась настолько, что не терпится кончить?

Я ахнула: он просунул руку мне между ног. Ему было мало почувствовать влагу сквозь белье: отодвинув трусики, Леон протолкнул в меня два пальца. Они легко скользнули внутрь. Демон цокнул языком и небрежно задвигал рукой.

— Порка тебя возбуждает, да? Бедная маленькая извращенка.

Он продолжал ласкать меня, изредка останавливаясь затем, чтобы вскинуть ремень, а потом снова проталкивал пальцы. Крики сменились стонами. Глаза закатывались. Удовольствие было неимоверным.

Правда, сидеть я теперь долго не смогу. Он вновь оставил на мне метку.

Еще один знак, что, как бы я ни сопротивлялась, не желая отдавать душу, я уже принадлежу демону.

Три новых взмаха – и я разучилась дышать. Пока тщетно пыталась втянуть воздух, Леон спросил:

— Тебе стыдно, куколка?

— Д-да… – Голос сорвался на всхлип, но желания я не скрывала. – Прости, Леон, прости… Я больше не буду…

Ремень с грохотом упал на пол. Леон рывком подтянул меня вверх. Все поплыло перед глазами – тело отвыкло стоять прямо. Он удерживал меня практически на весу, одной рукой сжимая волосы, другой – подбородок. На его лице не было злости. Только желание и что-то мучительное, почти болезненное, чему я не могла подобрать названия.

— Докажи, – тихо велел он.

Я кивнула и опустилась на колени.

Пришлось широко открыть рот, но он все равно не поместился полностью. Он толкнулся, вызывая рвотный рефлекс. Леон не держал меня, позволяя действовать самой. Вцепившись ему в бедра, я смотрела снизу вверх и облизывала его. Видеть, как лицо демона подергивается от удовольствия, а губы приоткрываются в такт моим движениям, было почти столь же сладко, как ощущать его пальцы внутри.