Книга Этномир. Тур для чайников и проклятых мечей, страница 141 – Ева Бими

«Поцелуй… связь… вечность…» — повторяла я про себя слова Елисея. И вдруг всё начало складываться в единую картину.

Я вспомнила тот момент — первый поцелуй с Демидом. Тогда он потерял бессмертие. Но взамен обрёл нечто другое: связь со мной. Не просто эмоциональную, а магическую — словно невидимая нить протянулась между нашими душами. Тот поцелуй в момент, когда он сломал иглу, должно быть, изменил предначертанный ход событий. Демид перестал быть частью вечного цикла, связанного с Хаосом, — потерял бессмертие, но обрёл свободу. Возможно, именно это предательство вечности и вывело его из-под безраздельной власти Хаоса.

Вскоре городские улицы сменились тихими пригородами, затем — ухабистыми просёлочными дорогами. Вокруг расстилались бескрайние поля, чернели дремучие леса, а небо становилось гуще и глубже, словно мы поднимались выше обычного мира.

— Куда мы едем? — крикнула я, тщетно пытаясь перекрыть грохот мопеда.

— Туда, где миры соприкасаются! — обернулся Елисей, ослепительно улыбаясь. — Демид сказал, что это место мы точно не пропустим.

Сердце отчаянно колотилось в груди, словно узнавало дорогу.

Наконец, мопед заглох посреди дороги, остановившись у одинокого, древнего дуба, каким-то непостижимым чудом пробившегося сквозь асфальтное полотно. Его ветви переплелись над самой землёй, образуя зловещую арку. Под ним лежал плоский валун, исписанный выгравированными письменами:

«На право пойдёшь — к смерти древней путь обретёшь. На лево ступишь — к Демиду прибудешь. Назад повернёшь — прямо в офис попадёшь.»

— Заводи мотор, Елисей, у нас дела государственной важности! — бодро заявила я, крепче перехватив разрядившийся меч.

И маленький жёлтый мопед помчал нас навстречу к Демиду.