Книга Тайны Брушвитца, страница 18 – Дан Гришин

Грум подскочил на ноги и устремился по склону вниз, забирая вправо, чтобы обогнуть озеро сбоку. Уже на ходу он видел, как на берег выпрыгнула громадная жаба, раза в три больше за крысюка. Утробно квакнув, она двумя прыжками достигла дерева, на которое взобрался крысолюд. Что происходило дальше, огр не мог лицезреть, так как спустился в низину. Предчувствуя ужасный исход, он рванул что есть мочи, сминая на своём пути высокий кустарник.

Прошло не так много времени, а Грум уже был на том берегу, выскочив из-за камыша, на повороте едва не свалив белокурую берёзу. Жаба пыталась ухватить жертву языком, раз за разом выпуская его в сторону кроны дерева. Крысюк ухитрялся предугадывать момент выпуска розового шнурка из пасти уродливой головы, ловко перепрыгивая с ветки на ветку как белка. Видимо, чудищу надоело такое безуспешное занятие, и оно выпрямилось, переместив вес своего тела на задние лапы, готовясь к высокому прыжку. Огр понимал, что этого допустить нельзя, но он не успевал добежать вовремя.

— Ог-р-р-р! — раздался громкий боевой клич, и в сторону монстра, перекручиваясь в воздухе, полетела массивная дубина.

К сожалению, Грум промахнулся — убийственное орудие просвистело в полуметре от жабьей головы. Но сие действие всё же дало результат — чудище повернуло морду, уставившись жёлтыми глазами на надвигающуюся угрозу, тем самым потеряв интерес к крысолюду.

Моргнув веками, жаба оценила сложившуюся ситуацию, приняв решение сматываться отсюда подобру-поздорову. Она неуклюже развернулась к озеру, припала грудью к земле и оттолкнулась задними конечностями от почвы, вытянувшись в полёте, словно расправленная пружина. Но уйти от наказания ей было не судьба — огр, оказавшийся уже возле дерева, успел ухватить земноводного переростка за ласту и, громогласно ревя, размашистым движением приложил вражину спиной о древесный ствол, сломав той хребет. Сложившись едва не пополам, жаба пала наземь, забившись в конвульсиях. Грум сходил за своей дубиной, а затем размозжил омерзительную голову.

Всё ещё тяжело дыша, огр осмотрел убитое существо: зеленовато-чёрная, склизкая, пупырчатая кожа была покрыта присосавшимися пиявками; мясистые лапы имели по четыре пальца, соединённые между собой кожаной перепонкой; в раскрытом рту набор мелких острых зубов. Таких жаб он много повидал в своих родных краях, на Филлийских болотах, но эта немного отличалась величиной от ранее ему встречавшихся.

— Чего замер? — обратился огр к крысолюду. — Спускайся.

— Оно точно мертво? — недоверчиво поинтересовался крысюк, выглянув из-за ствола.

— Мертвее не бывает, — уверенно ответил Грум.

Крыс спрыгнул с дерева.

— Спасибо, что спас меня.

— Всегда будь бдительней в незнакомых местах, чтобы снова не нарваться на какую-нибудь тварь, — угрюмо дал совет здоровяк.

— Ага.

Грум вытащил из-за пояса тесак и принялся отсекать от туши задние лапы. Затем он отрубил перепончатые ступни и, сделав надрезы, содрал с ляшек кожу. Привязав добычу к мешку, он подошёл к расплющенной голове. Ухватившись пальцами за свисавший с пасти язык, огр натянул его и отрезал у основания.

— Он что, вкусный? — спросил крысолюд, со стороны наблюдая за действиями здоровяка.

— Нет. Пригодится для дела.

— А можешь принести мне моих лягушек? — застенчиво молвил крысюк. — Две лежат в тростнике, на берегу, а третья где-то в воде.